Я ничего не ответил. Просто смотрел в огонь. Ни одна из версий не подходила. Меня, похоже, действительно занесло в чёрт знает что. Или кто-то решил очень изощрённо пошутить. Но это было слишком реально. Холод, боль, запахи, лица. Не сон. Не галлюцинация.
Хотелось только одного — спать. Я молча поднялся, Торс кивнул на лежанку в углу.
— Ложись. Завтра разберёмся.
Я лёг. Накрылся толстым колючим одеялом. Темнота сжала меня, как вода. Я не чувствовал даже тяжести тела. Только звуки огня и удары собственного сердца. Мысли уходили в вязкое чувство охватывающего сна.
Никаких решений. Только одно — уснуть.
В серой мгле городской рутины Серафим — обычный парень без планов и надежд — вдруг проваливается в холодный, чужой мир Вереня. Здесь, где дождь шепчет тайны, а тени шевелятся в лесу, его встречают суровые лица и древние камни, хранящие проклятие. Среди пепла былого величия и рёва монстров, рождённых предательством, он ищет путь — не только к спасению, но и к себе.
Каждая глава — шаг через мрак, где тепло очага соседствует с ледяным ветром, а каждый сон раскрывает отголоски прошлого, которое не отпускает. “Без выхода” — это история о выживании, братстве и тайнах, укрытых в сердцевине забытой земли. Погрузись в мир, где надежда — редкий дар, а каждый вдох — вызов судьбе.
Здравствуй, читатель! Мой псевдоним Nioréth, и я рад приветствовать тебя в мире “Без выхода”. Эта история родилась глубокой ночью, когда я сам чувствовал себя потерянным, как Серафим в его первый день в Верене. Идея пришла случайно — шум дождя за окном вдруг превратился в шепот леса, а мысли о прошлом смешались с фантазиями о другом мире.
Я писал эту книгу, вдохновляясь суровой красотой русской зимы и тайнами, которые скрыты в старых деревнях. Здесь нет героев с мечами из легенд — есть люди, выживающие день за днём, и тени, которые они не могут объяснить. Каждая глава — кусочек моей души, выложенный на словах. Иллюстрации (если они появятся) — это мои попытки оживить этот мрак, чтобы ты мог увидеть то, что вижу я.
Глава 1: ПРОБУЖДЕНИЕ
Меня разбудил звук мусоровоза под окном. Удар грохочущего железа о бетон раздался, будто кто-то пытался разбить стекло в черепной коробке. Открываю глаза — серый потолок, с пятнами засохшей краски. Всё как обычно, все родное. В комнате холодно, батарея не работает уже с прошлого месяца, а жаловаться нет желания, да и не кому.
Я живу один. Родителей давно нет рядом, отец когда-то давно свалил в какой-то город, оборвав с нами все связи, а как только мне стукнуло восемьнадцать, мать уехала на ПМЖ к бабке в деревню. Остался я — Серафим. Обычный чувак с затянутыми волосами и отсутствием планов на будущее. Мне двадцать, и у меня даже кота нет. Нет, я имел парочку знакомых, пытался даже завести отношения, но после тщетных попыток я решил забросить это дело. Дело не в том, что я ужасный собеседник или чего еще похуже, а скорее в том, что все это — разговоры, встречи, привязанности – кажется игрой, в которую я устал верить. Люди приходят и уходят, оставляя после себя лишь тихий отголосок чего-то, что могло бы быть, но так и не стало. И, в конце концов, даже одиночество перестает быть тяжким — оно просто есть, как серое небо за окном, как пустая комната, где даже пыль оседает беззвучно, словно ей надоело ждать чего-то, что никогда не случится.
Подхожу к зеркалу — отражение всё то же. Щёки впали, волосы убраны назад, под глазами синяки. Чёрное худи с грозовой тучкой на груди. Тёмные джинсы. Кеды в пыли. Темно-серая кепка валяется на батарее. Всё как всегда. Чуть посмотрев на себя, отправился на кухню.
На кухне было прохладно. Газовая колонка снова глючила, и я долго возился, прежде чем она зажглась. На плите закипал чайник. Я сел за стол, подперев щеку рукой, и уставился в одну точку. На завтрак — чай с одубевшими пряниками. На вкус, словно песка поел, впрочем, чувство голода было заполнено.
В коридоре завибрировал телефон — напоминание о смене. Работал я на складе какого-то предприятия, принеси, унеси, прибери. Платили немного, но главное хватало на какую никакую жизнь. Вышел из квартиры, натянув капюшон. На улице моросило, асфальт блестел, как стекло. Двор был пуст, только бабка с соседнего подъезда стояла под козырьком и что-то пробурчала мне в спину. Я прошёл мимо, не оборачиваясь.
На остановке я курил, стоя под козырьком, слушая, как дождь шепчет по крыше. Думал о многом, что пора что-то менять, что завтра же уволюсь и найду работку получше, куплю крутую тачку и забуду все как сон. Но, как правило, докурив и усевшись в автобус, я оставлял эти мысли где-то там, на остановке, до моего следующего прихода.