–Вы всё же это сделали! – голос за нашим спинами пуст.
Оборачиваемся резко, как к врагу. Бардо. Печальный и мрачный.
–Это жестоко, всё равно жестоко, – замечает он.
–Смотри, брат, не болтай лишнего, а то и с тобой такую штуку провернём, – Сигер смеётся. Он доволен, его собственный вечер спасён безжалостностью наших решений и устоев. Он уходит, снова оставляя меня отбиваться в одиночку. Благо, я не боюсь Бардо. Но всё же факт режет неприятным осознанием: на Сигера никогда нельзя положиться.
Не новость, конечно, но обидно.
–Сдашь отцу? – интересуюсь я. – Он одобрит.
–Не сдам, – качает головой Бардо, – но сестренку жаль. Она была так счастлива. Я никогда не видел как она улыбалась. А ты?
Пожимаю плечами. Плевала я, если честно, на улыбку Дориа. Она вся в грезах и в сказках, видела я чего она читает, всё про принцев да про замки. А у нас их нет. И не будет.
–Пора спать, – я уклоняюсь от ответа. Да он и не нужен. – Слишком много всего на вечер упало.
И Идия, и Сигер, и Алана, и это убийство посла. Утром будут слёзы Дориа, узнавшей об утоплении и жесткое решение посла-царевича:
–Утонул из-за несчастного случая, меньше пить надо!
И пусть все всё понимают. Это неважно. Закон только то, что сказано вслух. При всех. И при всех царевич признает – мы не виноваты. И признает он это спокойно и с готовностью. Жизнь советника за договор с Царем Морским – это справедливо и легко.
Бардо ошибается: мы все умеем жить без жалости, если нам это нужно. И в этом мы не так уж и отличаемся от людей, у них свои выгоды, а у нас свои. А жалость помешает нам эту выгоду извлечь или защитить нас друг от друга.
Так что к Сигеру у меня меньше вопросов и меньше обвинений чем к Бардо. Далось же ему идти за нами, выслеживать, ждать, чтобы убедиться в том, что мы совершим то, что уже решили? Ну вот оно ему надо?
(Предыдущая история о Морском Царстве в рассказе «О почтении». Мир рассказов о Морском мире начинается сегодня).
Конец