Спасибо, мысленно поблагодарил он судьбу. Ещё от соседнего квартала Келли увидел, что «плимут» стоит на привычном месте. Значит, сегодня день сбора выручки, и потому с ними не будет девушки. Он проехал мимо, миновал ещё один квартал, повернул направо, снова миновал квартал и повернул направо ещё раз. Показалась полицейская машина, и Келли посмотрел на часы. Патруль соблюдал график, опоздание составило всего пять минут, и в машине сидел только один полицейский. В следующий раз патрульная машина проедет здесь через два часа, сказал себе Келли, делая последний поворот и направляясь к угловому особняку. Теперь он постарался поставить машину как можно ближе ко входу, вышел из неё и заковылял прочь от особняка, обретая привычный облик пьяного бродяги.
В этом квартале работали два дилера, оба поодиночке. Келли заметил, что они испытывают какое-то напряжение. По-видимому, новость о гибнущих торговцах наркотиками успела распространиться, подумал он со скрытой улыбкой. Раз начали исчезать другие торговцы, такая же судьба может постигнуть и их. Это достаточная причина для беспокойства. Келли постарался обойти их подальше. У него промелькнула мысль о том, что ни один из них даже не подозревает, как близко прошла Смерть. Да, жизнь — хрупкая штука, а они не знают об этом. Нельзя отвлекаться, напомнил себе Келли, поворачиваясь снова и направляясь теперь к цели. Он остановился на углу и посмотрел по сторонам. Время перешагнуло за час ночи, и всех начала охватывать скука, возвещающая конец рабочего дня, даже для тех, кто занимается нелегальным промыслом. Оживление, царившее раньше на улицах, затихало. Келли ожидал этого, недаром он потратил столько времени на разведку. Впереди все было спокойно, и он пошёл на юг мимо особняков по одну сторону улицы и прижавшихся друг к другу кирпичных жилых домов — по другую. Он заставлял себя идти спотыкающейся походкой пьяного бродяги. Один из тех, кто мучил Пэм, кто убил её, находился сейчас всего в сотне ярдов. Может быть, даже двое. Келли вспомнил её лицо, услышал её голос, ощутил изгибы тела. На его лице застыло выражение ненависти, оно окаменело, руки налились свинцом и невольно сжались в кулаки, лишь ноги неуклюже вышагивали по широкому тротуару. Это длилось всего считанные секунды. Сделав несколько глубоких вдохов, Келли овладел собой.
Полная концентрация, прошептал он про себя, замедляя шаг и глядя на особняк, до которого оставалось всего тридцать ярдов, потом поднёс к губам бутылку, набрал в рот немного вина и приоткрыл губы. Вино потекло по подбородку, а затем по рубашке. Змея вызывает Чикаго. Вижу цель. Начинаю действовать.
Охранник — если это действительно был охранник — выдал себя. В свете уличных фонарей виднелся табачный дым, поднимавшийся от входа, и Келли теперь знал, где находится его первая цель. Он переложил бутылку в левую руку и пошевелил пальцами правой, готовясь к действиям. Подойдя к широким ступенькам, ведущим вверх, он споткнулся о них и закашлялся. Затем начал подниматься к двери, зная, что она должна быть приоткрыта, и упал на неё. Дверь распахнулась, и Келли рухнул на пол к ногам парня, сопровождавшего Билли. При падении бутылка разбилась, и Келли, не обращая внимания на парня, захныкал, глядя на разбитое стекло и расползающуюся лужу дешёвого красного вина, производимого в Калифорнии.
— Не повезло тебе, приятель, — послышался голос. Он был полон поразительного сочувствия. — А теперь двигай дальше.
Келли продолжал скулить, стоя на четвереньках и раскачиваясь из стороны в сторону, кашлянул снова и чуть повернул голову. Он увидел ботинки и брюки парня. Опознание закончено.
— Вставай, папаша. — Сильные руки протянулись к Келли и подняли его с пола. Он опустил руки, словно обессилев. Одна скользнула за спину. Парень поднял его на ноги и начал поворачивать к двери. Келли пошатнулся, и теперь охранник удерживал практически все его тело. Недели тренировок, тщательной подготовки и подробной разведки воплотились в одно мгновение.
Левой рукой Келли ударил парня по лицу, а правая вонзила между его рёбер боевой нож морского пехотинца. Его чувства были настолько обострены, что кончиками пальцев Келли ощутил, как продолжает биться сердце охранника, с каждым биением все больше и больше рассекаясь о наточенное как бритва лезвие боевого ножа. Умирающее тело затрепетало, и Келли с силой повернул нож в глубокой ране. Темные глаза смотрели на него, расширившись от потрясения, и колени начали подгибаться. Келли медленно опустил тяжёлое тело на пол, по-прежнему удерживая нож в ране, однако на этот раз он позволил себе выразить удовлетворение от мести. Слишком уж долго он ждал этого момента, потратил так много сил на его достижение, чтобы не проявить никаких эмоций.