— Нет. Настоящий психопат — это человек не способный справиться с жизнью. Он видит действительность в особенном, только ему понятном свете, и его понимание жизни обычно резко отличается от того, как её понимают все остальные. Почти во всех случаях расстройство психической деятельности легко заметно и выражается простым и понятным способом.
— Но ведь Гудинг...
— Мистер Гудинг является тем, кого мы называем — существует такой новый термин — «последовательным психопатом».
— Ну хорошо, однако его соседи ничего необычного в поведении Гудинга не заметили.
— Это верно, но психическое расстройство мистера Гудинга выражалось в том, что он убивал своих жертв со страшной и отвратительной жестокостью. А вот в этих убийствах нет ничего ритуального. Он не уродует трупы, никаких следов сексуальных мотивов — обычно это заметно по разрезам на шее, понимаете. Нет. — Фарбер снова покачал головой. — У вашего убийцы побудительные мотивы чисто деловые. Убивая людей, он не даёт выхода своим эмоциям, просто убивает их, спокойно и хладнокровно по причинам, которые представляются вполне разумными — по крайней мере для него.
— Тогда что это за причины?
— Совершенно очевидно, что он убивает людей не ради денег. Причина в чем-то ином. Ярость в нем бьёт через край, но мне приходилось встречать подобных людей.
— Где? — спросил Райан. Фарбер молча указал на стену напротив. В дубовой раме на красном бархате были приколоты серебряные крылья парашютиста, нашивка подразделения рейнджеров и боевой знак пехотинца. Детектив был настолько удивлён, что не сумел скрыть этого.
— Глупо с моей стороны, — небрежно махнул рукой Фарбер. — Еврейский юноша хочет показать, насколько он крутой. Впрочем, — по его лицу пробежала улыбка, — я добился этого.
— Мне Европа не слишком понравилась. Правда, в интересные места я так и не попал.
— Вы были в какой части?
— Рота «Е», второй батальон 506-го полка.
— Сто первая воздушно-десантная, верно?
— На все сто, доктор, — кивнул детектив, подтверждая этим, что и он был когда-то молодым и глупым, вспоминая, каким худеньким парнем был тогда, выпрыгивая из грузового отсека самолёта С-47. — Нас забрасывали в Нормандию и Эйндховен.
— Ив Бастонь?
Райан кивнул ещё раз.
— В тот раз было мало весёлого, но туда нас, по крайней мере, доставили на грузовиках.
— Так вот, лейтенант Райан, с этим вы и столкнулись сейчас.
— Объясните, пожалуйста.
— Ключ к разгадке заключается вот в этом. — Фарбер показал на страницы с записью показаний миссис Чарлз. — Камуфляж. Он пользуется камуфляжем, в этом можно не сомневаться. Для того чтобы вонзить нож в затылок жертвы по самую рукоять, требуется большая физическая сила. Это не мог быть какой-то алкоголик. У них масса проблем со здоровьем.
— Но это не подтверждается обстоятельствами, — возразил Райан.
— Думаю, что подтверждается, хотя, на первый взгляд, это незаметно. Давайте вернёмся в прошлое. Вы служите в армии, в самом отборном подразделении. Ведь перед началом операции вам потребуется разведка, правда?
— Обязательно.
— Применим это к городским условиям. Как провести разведку? Понадобится маскировка. Вот наш друг и решает замаскироваться под пропойцу, уличного бродягу. Сколько таких бродяг мы встречаем на улицах города? Они грязные, дурно пахнут, но вообще-то ничуть не опасны, разве что один по отношению к другому. Они — невидимые люди, и вы не обращаете на них внимания. Все так поступают.
— Но вы все-таки не объяснили...
— А вот как он приезжает в этот район и уезжает? Вы считаете, что он ездит на автобусе или нанимает такси?
— У него машина.
— Да. Камуфляж — это такая штука, которую можно надевать и затем снимать. — Фарбер взял со стола фотографию места, где был найден убитый парень, пытавшийся ограбить миссис Чарлз. — Наш друг убивает двух человек в двух кварталах отсюда, покидает место, где он оставил мёртвых, приходит сюда — зачем? — И действительно, на снимке было отчётливо видно пустое место между двумя стоящими у обочины автомобилями.
— Боже милосердный! — Райана охватил небывалый стыд. — Что ещё я упустил, доктор Фарбер?
— Зовите меня Сид. Почти ничего. Этот человек отличается хитростью и выдержкой. Он меняет методы действий, и только вот в этом случае спокойствие изменило ему. Вы меня понимаете? Это — единственное преступление, в котором ощущается ярость, если не считать того, что произошло сегодня утром, но пока мы отвлечёмся от него. Вот здесь мы видим, насколько велика переполняющая его ненависть. Сначала он ломает руку жертве, парень уже не может сопротивляться, и все-таки он убивает его, причём способом, необычным для нормального человека. Почему? — Фарбер, размышляя, несколько раз затянулся табачным дымом. — Да, он испытывает ярость, но в чем причина этой ярости? Да потому что он не ожидал этого. Он не стал бы осуществлять какой-нибудь заранее подготовленный план в присутствии миссис Чарлз. По какой-то причине ему пришлось сделать что-то экспромтом, он не был готов к этому и потому пришёл в ярость. Кроме того, убийца отпустил её — отпустил её, зная, что она видела его.