— Привёз товар?
— Привёз деньги? — спросил в ответ Морелло.
— Ты допустил ошибку, Эдди, — вдруг безо всякого предупреждения произнёс мужчина, открывая кейс.
— Что ты хочешь сказать? — спросил Морелло и внезапно ощутил тревогу, опоздав на десять секунд и на целую жизнь.
— Я хочу сказать — прощай, Эдди, — тихо сказал мужчина. По выражению его глаз Морелло все понял и тут же сунул руку за револьвером, но этим только облегчил задачу противника.
— Полиция — не двигайся! — крикнул мужчина в тот самый момент, когда первая пуля пробила открытую крышку кейса.
Эдди сумел-таки вытащить револьвер и даже ухитрился сделать один выстрел — пуля прошла через пол автомобиля, — но полицейский находился всего в трёх футах и не мог промахнуться. Второй полицейский уже бежал к ним, удивлённый тем, что лейтенант Шарон не сумел захватить преступника живым. На глазах у второго полицейского кейс упал в сторону, детектив протянул руку, почти опершись дулом своего служебного револьвера в грудь Морелло, и выстрелил ему прямо в сердце.
Теперь все стало ясно для Морелло, но только на пару мгновений. Все это дело рук Генри. Он сам облегчил ему задачу. И Морелло понял — единственной целью его жизни было свести вместе Генри и Тони. Не слишком большая цель в жизни, по крайней мере, не сейчас.
— Поддержка! — выкрикнул Шарон, склонившись над умирающим Морелло, протянул руку и схватил его револьвер. Через минуту на площадку с визгом шин влетели патрульные полицейские автомобили.
— Проклятый идиот, — говорил через пять минут своему партнёру Шарон, весь дрожа, как это обычно бывает после убийства человека. — Решил защищаться — сунул руку за револьвером. Я даже не успел схватить его.
— Я все видел, — подтвердил младший детектив, считая теперь, что действительно так все и произошло.
— Как вы и говорили, сэр, — заметил полицейский сержант патрульной службы. Он поднял кейс с пола «олдсмобиля» и открыл его. Кейс был полон мешочков с героином. — Удачная операция, сэр.
— Да, — проворчал Шарон. — Если не считать, что этот кретин теперь мёртв и не сможет ничего нам рассказать. — Это была абсолютная правда. Поразительно, подумал лейтенант, стараясь не улыбнуться при мысли о безумном юморе ситуации. Он только что совершил идеальное убийство, прямо на глазах других полицейских. И теперь организация Генри в безопасности.
Время для начала почти наступило. Произошла смена караула. Последняя смена. Дождь продолжался не ослабевая. Хорошо. Охранники на вышках съёжились, стараясь не промокнуть. Безрадостный день наскучил им даже больше обычного, а скучающие солдаты всегда менее бдительны. Свет выключен повсюду. Не видно даже свечей в казарме. Келли тщательно оглядел лагерь в бинокль. В окне офицерского общежития виднелась фигура человека, который смотрел наружу, на непрекращающийся дождь, — это русский полковник, верно? Вот как, значит, это и есть твоя комната? Отлично: первый выстрел гранатомётчика номер три — капрал Мендес, правда? — как раз и нацелен на это окно. Жареный русский.
Ну, давайте, парни, действуйте. Мне нужно принять душ. Господи, у них там ещё остался «Джек Даниэле»? Правила есть правила, но иногда их можно и обойти, если обстоятельства требуют того.
Напряжение нарастало. Причина его крылась вовсе не в опасности. Келли считал, что ему вообще не угрожает никакая опасность. Самая пугающая часть операции — это высадка. Там все зависело от вертолётчиков, а затем от морских пехотинцев. Своё дело он почти закончил, подумал Келли.
— Открыть огонь, — скомандовал капитан.
«Ньюпорт-Ньюз» включил свои радиолокационные установки всего за несколько секунд до этого. Штурман находился в центре управления стрельбой и помогал артиллеристам наносить на карту точные координаты крейсера с помощью радарного пеленга заранее рассчитанных береговых объектов. Все осуществлялось с максимальной тщательностью, но операция требовала того. Теперь штурман и артиллеристы помогали друг другу рассчитывать координаты с точностью до нескольких футов.
Первые снаряды послала артиллерийская установка левого борта. Резкий звук залпа из спаренных пятидюймовок вызвал в ушах болезненные ощущения, но тут же перед глазами моряков возникла поразительная картина. При каждом залпе из стволов орудий вырывалось кольцо жёлтого огня. Это объяснялось какой-то особенностью стрельбы осветительными снарядами, нечто вроде жёлтой змеи, преследующей свой хвост, явление длилось несколько мгновений и затем исчезало. В шести тысячах ярдов от крейсера вспыхнула первая пара осветительных снарядов, вспыхнула тем же металлическим жёлтым светом, который несколько секунд назад озарил орудийную установку. Влажный зелёный ландшафт Северного Вьетнама сделался в нем оранжевым.