Он нашёл телефон в зале для важных пассажиров и набрал номер.
— Алло? — послышался заспанный голос, через расстояние в пять тысяч миль.
— Привет, Сэнди. Это Джон, — с улыбкой произнёс он. Даже если военнопленные лётчики ещё и не возвращались домой вместе с ним, возвращался он сам, а потому испытывал от этого чувство облегчения.
— Джон! Где ты сейчас?
— Ты не поверишь! На Гавайях.
— С тобой все в порядке?
— Немного устал, но в остальном все хорошо. На этот раз в моей шкуре нет никаких дыр, — сообщил он, снова улыбнувшись. Ее голос звучал подобно музыке, даже день казался от этого более ярким. Однако радужное состояние продлилось недолго.
— Джон, возникли проблемы.
Сержант, сидевший за столиком у входа, заметил, как изменилось лицо этого важного незнакомца. Но тут Келли повернулся к нему спиной, и интерес сержанта пропал.
— Ясно. Это, должно быть, Дорис, — заметил Келли. — Я хочу сказать, ведь только ты и два врача знают обо мне, а вы...
— Они узнали об этом не от нас, — заверила его Сэнди.
— О'кей. Прошу тебя, позвони Дорис и... будь поосторожнее, но...
— Предостеречь её?
— Ты сможешь сделать это?
— Да, конечно!
Келли попытался успокоиться, и это ему почти удалось.
— Я вернусь через... девять или десять часов. Ты будешь на работе?
— У меня выходной.
— Хорошо, Сэнди. Скоро увидимся. До свиданья.
— Джон! — окликнула его Сэнди.
— Да?
— Я хочу... я имею в виду, что... — Она замолчала. Келли снова улыбнулся.
— Мы обо всем поговорим, когда я вернусь к тебе, дорогая. — Может быть, он не просто возвращается домой. Может быть, он возвращается к кому-то. Келли быстро все обдумал. У него на яхте по-прежнему хранился пистолет с глушителем и вместе с ним другое оружие, но все остальное, чем он пользовался в своих операциях, — ботинки, носки, одежда и даже нижнее белье — было выброшено и находилось сейчас где-то на свалке. Никаких вещественных доказательств, которыми могла бы воспользоваться полиция. Если им хочется поговорить с ним — пожалуйста. А вот он не обязан говорить с ними. Это одна из приятных сторон американской конституции, подумал Келли, возвращаясь обратно к самолёту, и поднялся по трапу. Первый лётный экипаж расположился на койках сразу позади кабины пилотов, и сменный экипаж включил двигатели. Келли сел рядом с сотрудниками ЦРУ. Он заметил, что русский офицер спит, громко похрапывая в своём алкогольном раю.
Риттер усмехнулся:
— Когда проснётся, будет изрядно страдать от похмелья.
— Что вы с ним сделали?
— Начали с бренди, перешли на виски и закончили калифорнийским красным. Бренди всегда плохо влияет на меня на следующий день, — устало произнёс Риттер, и в этот момент КС-135-начал разбег. Теперь, когда пленный полковник был не в состоянии больше отвечать на вопросы, Риттер пил мартини.
— Ну что вы узнали нового? — поинтересовался Келли. Риттер рассказал ему все, что знал. Лагерь действительно был создан, чтобы выторговать как можно больше из русских, но, по-видимому, вьетнамцы использовали военнопленных весьма малоэффективно и теперь собирались ликвидировать лагерь вместе с узниками.
— Вы полагаете, из-за нашей неудавшейся операции? — спросил он и мысленно воззвал к Богу.
— Совершенно верно. Но можете успокоиться. Теперь в наших руках русский полковник, а это козырная карта, мистер Кларк. — Улыбка Риттера показалась Келли зловещей. — Между прочим, мне понравилось, как вы действовали во время операции.
— Что вы хотите этим сказать?
— Захватив русского, вы проявили похвальную инициативу. А то, что вы отменили операцию, свидетельствует, что вы правильно оценили обстановку.
— Послушайте, я ведь не... то есть, я не собирался...
— Вы не потеряли контроля над собой. Там всякий мог сорваться. Вы мгновенно приняли решение, и оно оказалось единственно правильным. Скажите, вы готовы ещё послужить своей стране? — спросил Риттер с улыбкой, откровенность которой тоже объяснялась немалой порцией поглощённого им алкоголя.
Сэнди проснулась в половине седьмого, что было поздно для неё.
Она сходила за утренней газетой, включила кофеварку, затем решила ограничить завтрак одними тостами, глядя на часы на стене кухни и думая о том, когда будет не слишком рано позвонить в Питтсбург.
На первой же странице говорилось о перестрелке, связанной с торговлей наркотиками. Полицейский был вынужден застрелить дилера, попытавшегося достать оружие. Удачная операция, подумала она. Ещё говорилось, что при этом было изъято шесть килограммов «чистого» героина — действительно, крупная партия. Интересно, подумала Сэнди, это не та самая банда торговцев наркотиками, которая... нет, той бандой руководил негр, по крайней мере, так говорила Дорис. Как бы то ни было, ещё один торговец наркотиками переселился в мир иной. Она снова посмотрела на часы. Все ещё слишком рано для звонка. Приличным людям надо звонить в приличное время, а не так рано. Она прошла в гостиную и включила телевизор. День уже начался и обещал быть душным и жарким. Прошлым вечером она поздно легла, а потом, после звонка Джона, не могла уснуть. Сэнди попыталась смотреть по телевизору «Мир сегодня» и даже не заметила, как у неё опускаются веки...