— Это опасное место, сэр. Я хочу сказать, что ваш сын тоже повидал там многое.
— Но не с твоей точки зрения, — напомнил Максуэлл.
В этом он прав, согласился Келли. Младший Голландец забрался в надёжное густое укрытие. И, ежечасно пользуясь своим радиопередатчиком, ожидал, что Змея придёт и спасёт его, а пока он лежал, сжимая сломанную ногу, страдая от мучительной боли и прислушиваясь к грохоту тех же самых зенитных батарей, которые сбили его А-6 и теперь молотили небо, стараясь воспрепятствовать другим самолётам взорвать мост, мимо которого пролетели его бомбы. Пятьдесят часов, вспомнил Келли, без отдыха и сна, только страх и желание выполнить задание, порученное ему.
— Сколько у нас времени, сэр?
— Мы не знаем этого. Честно говоря, я даже не уверен, что нам дадут добро. Когда у нас появится план, мы представим его. А когда его одобрят, мы соберем силы, подготовим их и проведем операцию.
— Метеорологические условия? Насколько они повлияют на ваши планы? — спросил Келли.
— Операция должна проводиться осенью — этой осенью — или, может быть, никогда.
— Вы говорите, что эти парни никогда не вернутся домой, если мы не спасем их?
— Никакой другой причины для северовьетнамцев построить лагерь так, как они это сделали, нет, — ответил Максуэлл.
— Адмирал, я — хороший коммандос, но всего лишь боцман. Вы не забыли этого?
— Джон, ты — единственный человек, который побывал рядом с этим местом. — Адмирал собрал аэрофотоснимки и карты и передал Келли новый комплект. — Ты трижды отказался от обучения на офицерских курсах. Мне хотелось бы знать почему, Джон.
— Хотите знать правду? Это означало возвращение обратно во Вьетнам. Я достаточно рисковал.
Максуэлл согласно кивнул, сожалея про себя о том, что его лучший источник информации, знавший ситуацию на месте, не получил достаточно высокого звания, соответствующего его опыту и знаниям, но он помнил также, как совершал боевые вылеты со старого авианосца «Энтерпрайз» вместе с лётчиками-сержантами, и по крайней мере один из них демонстрировал смекалку, достаточную для командира воздушной группы. Он также знал, что лучшими пилотами вертолётов были, наверно, сержанты, произведённые в уоррент-офицеры после краткосрочных курсов, организованных армией в Форт-Паккере. Сейчас не время для высокомерия офицерской кают-компании.
— При подготовке к операции в Сонг-Тэй была допущена одна ошибка, — заметил Келли после недолгого молчания.
— Какая именно?
— Они, вероятно, перетренировались. После определённого периода подготовки дальнейшие занятия только ухудшают их готовность к выполнению задания. Надо выбрать подходящих людей, и максимум через две недели они будут готовы к операции. Более продолжительная подготовка приводит к тому, что они начинают беспокоиться, нервничать и теряют целеустремлённость.
— Ты не первый, кто сообщил мне об этом, — согласился Максуэлл.
— Этим будут заниматься «тюлени»?
— Мы ещё не приняли решения. Келли, я могу дать тебе две недели, пока мы занимаемся другими сторонами операции.
— Как мне связаться с вами, сэр?
Максуэлл положил на стол пропуск в Пентагон.
— Никаких телефонных звонков, никаких писем — все только при личной встрече.
Келли встал и следом за адмиралом направился к вертолёту. Как только Максуэлл вышел из бункера, лётная команда начала прогревать турбины своего Н-2 «Си Спрайт». Келли взял адмирала за руку в тот момент, когда ротор уже вращался.
— Операция в Сонг-Тэй была намеренно неудачной? Максуэлл замер на месте.
— Почему ты спрашиваешь об этом?
— Вы ответили на мой вопрос, адмирал, — кивнул Келли.
— Мы не уверены в этом, чиф. — Максуэлл опустил голову, проходя под вращающимся ротором к хвостовой части вертолёта. Когда винтокрылая машина взлетела, он снова пожалел, что Келли отклонил приглашение поступить в школу подготовки офицеров. Этот молодой парень был умнее, чем он предполагал, и адмирал решил встретиться с его бывшим командиром, чтобы получить более полную информацию. Он также подумал о том, как отнесётся Келли к официальному призыву на военную службу. Максуэллу было жаль терять доверие молодого парня — он может именно так подумать об этом, решил адмирал, когда «Си Спрайт» развернулся и направился на северо-восток, — но его ум и сердце были с теми двадцатью офицерами, которые находились в лагере «Сендер грин», и в первую очередь он думал о них. К тому же Келли надо отвлечься от личных неприятностей, утешил себя адмирал.