Чувство дежавю…
Именно в такой позе Дамир сидел при нашей первой встрече в клубе. Разве что привычный костюм сменили тёмно-синие джинсы и зелёная под цвет его глаз футболка. Жизнь поистине имеет свойство повторяться с цикличностью в несколько лет. Вот и сейчас, как и тогда не знала чего ожидать. Толи меня в чём-то обвинят, толи попытаются совратить…
Как всегда, когда волнуюсь, в голову полезли стихи, создавая окончательное сходство с когда-то случившейся ситуацией:
Вот и домик — стук в окошко…
«Ты ли, милый?» — «Встань, душа;
Поболтай со мной немножко,
Как в бывалые года.
Если ж хочешь, молви слово:
Дома комната готова;
Ночь туманна и темна —
Лошадь добрая сильна;
Посмеёмся и поплачем —
Хоть поплачем, да ускачем!»
Дверь скрипнула… «Милый, милый,
Наконец вернулся ты!
Иль узнал, что разлучили
Нас с тобою клеветы?
Я невинна…» — «Ах, не знаю!
За тобой я приезжаю;
Ты виновна или нет —
Без тебя мне тошен свет…
И забыть тебя старался,
Думал, думал — да примчался».
- Кто это? – спросил Дамир с любопытством, едва я замолчала.
- Тургенев, - сухо ответила ему. – Весьма в тему, не находишь?
- Присаживайся, Яна, - глухо проговорил Штейн, указывая на пустующее кресло рядом.
- А что будет, если не захочу? – приподняла бровь, скрещивая руки на груди.
От чего-то мной овладела апатия, за которой скрывались начинающиеся ростки злости. И почему ни капли не удивлена тому, кто именно стоит за всем?
- Сядь.
- Что тебе надо? – не среагировала на приказ, а потребовала ответа.
- Упрямая птичка, - покачал Дамир головой.
Впрочем, делал он это без всякого недовольства, а выражая что-то очень похожее на усталость и удивление.
- Хорошо, как хочешь. Твоё обретённое с годами непослушание интригует, - мужчина наградил меня насмешкой и продолжил: – Скажем так. После нашей последней встречи я кое-что переосмыслил и прошу тебя об одолжении.
- Просишь? – я не скрывала пессимистического веселья от такой формулировки, кидая выразительный взгляд на обстановку с намёком, что на просьбу это мало похоже. – Зачем ты похитил меня, Дам? Ты понимаешь, что это уголовное преступление? И если мне не изменяет память, статья сто двадцать шестая и наказывается она лишением свободы до пяти лет. И это если без отягчающих обстоятельств. Ты, конечно, считаешь себя всесильным, но и я не последний человек, чтобы это так просто сошло тебе с рук. Больше нет.
- Это если тебя найдут, птичка, - хмыкнул Дамир. – А меня поймают.
- Поверь, мой муж будет знать, где искать и где копать. И возможности у него немаленькие.
- Именно поэтому ты сейчас позвонишь ему, успокоишь и попросишь его этого не делать.
- С чего бы мне это делать? – вот уж есть чему недоумевать.
- Прошу. Дай мне неделю. Неделю со мной в этом доме. И потом ты уедешь. Мой вертолёт доставит тебя в любую точку мира, какую ты только выберешь.
Моргнула. Мне не послышалось? Дело не в его словах, а в тоне. В нём действительно слышалась мольба. Это так… я в шоке.
- И мне, конечно же, надо будет спать с тобой? – язвительно спросила у него, заставляя себя не отвлекаться от главного.
- Нет, если сама не захочешь. И не попросишь, как следует, - ну вот, в его голос вернулась насмешка, что уже больше напоминало старого недоброго Дамира Штейна.
«Да скорее ад разверзнется подо мной, чем это случится!» - моя первая мысль, но вслух не решилась этого сказать, благоразумно не желая его злить так уж явно.
- А что будет, если не соглашусь? – кажется, почти такой же вопрос уже задавала в начале этого разговора.
- Обещаю, что открою тебе причины своего поступка. Тогда больше семи лет назад. Я знаю, что твой Марат пытался внедрить ко мне своих людей именно что с целью узнать об этом. Их преданность оказалось нетрудно перекупить. Так вот. Если ты останешься на эти семь дней, то я сам всё расскажу по истечении этого срока. А пока мне нужна эта неделя. Что скажешь?
Прищурилась. Меня не отпускали подозрения, что всё далеко не так просто. И почти уверена, что тут и выбора нет. Я же уже тут, где бы ни было это тут, и убежать вряд ли смогу. Но то, что он интересуется моим мнением? Это вообще не похоже на Дамира, которого знаю. Так что же задумал Штейн? Какие цели преследует?