Не знаю, взяла ли я всё, но сгрузила всё на свою кровать и застыла в шоке. Тут одно бельё и домашние комплекты больше предназначенные для... ну для того, чтобы соблазнять, чем чувствовать себя в них уютно и комфортно.
От гнева у меня поплыло перед глазами... Какой же он! Чтобы успокоиться, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Что же. Буду ходить в своём. На ночь одевать ЭТО. И затем стирать свои вещи, чтобы высохли к утру на батарее. А если Штейн надеется, что надену что-то подобное, когда он рядом?! Не дождётся.
Заглянула на кухню, но к моему удивлению там было пусто. Посуда уже перемыта и покоилась на своём месте. Мы тут точно одни? На льва опять-таки не похоже.
А вот в гостиной, где изначально увидела Дамира в кресле, уже был включён огромный телевизор на всю стену. Раньше он видимо был скрыт за отодвигающимся стеллажом, так как не видела его.
- Я выбрал фильм. «Эммануэль»! – сообщил мне Штейн с усмешкой, указывая на соседнее кресло.
Обомлела от такой новости. Это... шок! Очередной за этот день. Когда Дам сказал, что фильм с него, то без задней мысли решила, что выберет что-то из серии «Миссия невыполнима» или подобной боевиковской бессмысленной фигни, что позволит мне основательно подумать о своём и том, как вести себя в следующие несколько дней.
Но этот фильм? Чёртов Штейн! Это же почти порнуха семидесятых годов! Без всякого «почти», но с сюжетом. В то время было модно снимать что-то подобное на большие экраны. Сексуальная революция и всё такое. Это же полнометражные сексуальные похождения чьей-то там жены в Юго-Восточной Азии.
Не лучший выбор для тихого, спокойного вечера, какой планировала провести я. И точно не рядом с этим мужчиной.
Глава 22
Если не можешь победить, заключай союз. На своих условиях.
*Цитата из книги «Стив Джобс. Биография»
- Я не хочу это смотреть, Дамир, - призналась ему, не зная точно, к чему может привести мой отказ.
К его приступу агрессии? Он меня свяжет и заставит смотреть? Попытается применить насилие? Накажет ремнём или оставит без ужина, как непослушного ребёнка? Я на самом деле не знаю чего ожидать, но и смотреть ЭТО не хочу. Не с ним. Не сейчас. А ещё лучше никогда. Ибо чревато... Когда не очень-то доверяешь себе в отношении чудовища, которое когда-то владело твоим телом и всеми мыслями, то выбирай что-то нейтральное и не дающее спуску. Надо бы запатентовать эту надпись и выпустить её на футболках для жертв домашнего насилия.
- Хорошо, - он кивнул и встал.
Та лёгкость, с которой он согласился со мной, поставила в тупик. Но причина его уступчивости стала ясна почти сразу же:
- Я хочу по-хорошему, птичка. Но если тебе нравится по-плохому? Это твоё право.
Внутри меня всё похолодело. Что он имеет в виду? Он ударит меня?
Сглотнула, наблюдая, как он приближается. В голове тут же всплыло всё. То, что было тогда, страх загнанного зверя, то, что мы тут одни и нас вряд ли кто-то найдёт. Ох, недаром он говорил, что про это место почти никто не знает. Наверное, это был намёк, чтобы не вздумала показывать характер.
И как бы я не кичилась тем, что Марат тренировал меня, прекрасно знаю, что надолго моего сопротивления не хватит. Есть очень маленький шанс, что я лишу его сознания, как тогда это сделал друг. А что дальше? Связать? Найти телефон? Интернет тут явно есть. Значит, есть и GPS-навигатор. Определюсь, где нахожусь и вот она. Свобода у меня в кармане.
Это почти воодушевило меня, когда вспомнила, что весь этот «гениальный» план завязан на мизерном шансе моей победы над мужчиной тяжелее на пол центнера. Один кулак, которого способен размозжить мне голову. Но если он будет применять силу? Клянусь, я так и поступлю. Лучше сдохнуть борясь, чем снова стать грушей для битья.
- У тебя прямо на лице написаны все твои планы сопротивления. Оцениваешь свои шансы? Поверь, они невелики, - насмешливо произнёс мужчина, останавливаясь в какой-то паре шагов от меня. – Оставь эти глупости. Я не трону тебя, Яна.
- С чего я должна тебе верить?
- Мне казалось, мы уже обсудили тему вранья, птичка.
Пятна крови на белом снегу,
Хлопья нежные наземь ложатся.
И лишь горький вопрос «почему?!»
Заставляет на слезы срываться.