— Снимите с Зевса эту простыню и тушите ей!
— Не смей!
— Да не дёргайся ты!
— Руки прочь!
Кот молча отошел подальше от начавшегося хаоса, и поглядел на прибывшего только что Баюна – Баюн тоже был кот, но кот большой и солидный, иногда носивший с собой золотую цепь. Кот Баюна уважал, и считал, что если и верить в кого из кошачьих, то только в него. А еще Баюн никому не приносил несчастий. Он рассказывал сказки.
— Приветствую, — важно сказал Баюн Коту, по дуге обходя клубок из сцепившихся Яги, Зевса и Афанасия.
«Здравствуй, — поздоровался Кот, — а Русалка будет?»
Русалка Коту тоже нравилась. От нее пахло рыбой.
— Не будет, — Баюн уселся рядом. – Василиса с бабушкой уже до Кощея дочитали. А ты чего такой грустный?
Кот рассказал.
— А, кризис среднего возраста, — понял Баюн.
«Легко, думаешь, приносить несчастья?» — грустно спросил Кот.
— Нелегко, — согласился Баюн. – Но, знаешь, жизнь вообще не только из всего хорошего состоит.
Перед ними Яга дралась с Зевсом, а Афанасий бегал вокруг, пытаясь потушить горящую ступу куском одежды Зевса — все-таки умудрился оторвать.
— Есть вот Зевс, — продолжил Баюн. – Он бог молний. Бог молний и еще немного бог внезапных пожаров, но мы не об этом. А есть ведь и Танатос, а Танатос знаешь кто?
Кот не знал.
— Смерть, — авторитетно пояснил Баюн, и Кот поразился тому, насколько он умный. – А раз есть Танатос, значит, люди его придумали. И верили в него, и, выходит, нужен он был зачем-то.
«Но я не бог смерти», — возразил Кот.
Они еще немного посидели в тишине. Афанасию удалось потушить ступу, но его красный платочек теперь весь был в копоти, и домовой жутко расстроился. Яга все еще что-то говорила про страховку, размахивая метлой, но с Зевсом уже не дралась. Тот разглядывал свое порванное одеяния и вид имел подавленный.
«Да и зачем кому-то верить в бога смерти? – спросил Кот у Баюна. – Я вот не разу такого не видел»
Баюн хотел что-то ответить, но не успел – над ними раздался свист, и кто-то огромный спикировал к качелям.
— Горыныч! – в ужасе заорал Афанасий, бросаясь к Коту.
— Вот околотень! – возмутилась Яга. – Какой это тебе Горыныч?
Афанасий замер на полпути и оглянулся. Действительно, никакого Горыныча не было – у качелей стоял, встряхивая розовой гривой, пегас. Крылья у него были огромные – метра три в длину, и с белоснежными перьями. Коту тоже бы хотелось иметь такие перья. И не приносить несчастья. Наверное, тяжело жилось богам смерти – уж они бы Кота отлично поняли.
– А конь откуда? – не понял Афанасий.
Баюн вздохнул.
— Это тоже Василисин.
Афанасий понимающе кивнул.
— Это ты еще фей не видел, — добавил Баюн. – Ух, какие противные. Ягу довели – хотя Ягу довести вообще просто.
И они все вместе одновременно вздохнули. Баюн поглядел на подъезд – грузчики закончили заносить последнюю коробку. Незнакомая Коту девушка уже умудрилась познакомиться с Василисой. Мама последней как раз садилась в машину. Вниз спустилась бабушка и теперь они втроем стояли у двери, и Василиса что-то с жаром рассказывала незнакомке. Та серьезно кивала, отвечала, и иногда накручивала на пальцы свои косички. На Василисе уже красовались ее бусы – большие и забавные.
— Новые жильцы? – спросил Баюн.
— Так, может, конь это не Василисин? – поинтересовался домовой. – А вон той, с косичками.
— Нет, конь точно наш, — заверил его Баюн. – А что, не появился еще никто?
Афанасий качнул головой.
«Может, ни в кого не верит?» — предположил Кот, вспоминая Лизу.
— Не бывает такого, — ответил Баюн. – Все во что-нибудь верят.
Они еще немного подождали, глядя на девушку с косичками. Яга уже успела привести в порядок ступу, а Зевс пошел смотреть на пегаса. Никто больше не появлялся.
— Ну и где? – озадаченно поинтересовался Афанасий. – Где новенькие-то?
Баюн хотел было ответить, но его перебили.
— Может, они просто не привыкли приходить вовремя?
Кот готов был поклясться – на детской площадке в мгновенье стало холодно. Между ними пронесся неприятный ветерок и запахло чем-то совершенно незнакомым Коту. Чем-то резким, от чего хотелось чихать. Все разом замолчали и обернулись, даже пегас перестал жевать траву.
Новый гость шагнул к ним из пустоты, принес с собой странный запах и звук — тук-тук-тук – это трость стучала по асфальтовой дорожке. Сначала трость, а потом – кости. Трость, кости, снова трость – тук-тук-тук. На голове у гостя был черный цилиндр, а под этим черным цилиндром – совсем ничего. То есть, совсем никакого лица – только череп.