Ох, как быстро приехали... Десять часов прошло? Да не может быть! Всё, пять минут до станции, счастливо! Рады встрече! Счастья молодым! Остаётся полный стол казахских яств, недопитая мужчинами (женщины не пьют) бутылка водки и смех изумрудной женщины из-за перегородки, а значит, есть надежда, что и у неё сложится.
Всем счастья и любви. Казахстану — цвести и богатеть! А я приехала в Барнаул. Здравствуй, Родина.
Гусар Меньшиков
Готовлюсь во свекрови, короче. Сын мой, преодолев тринадцатилетний рубеж, неожиданно подался в гусары. Одинокий ус над губой затрепетал при виде юной цирюльницы из Екатеринбурга, возвращающейся с гор Алтая.
Две розовые косички, три прыщика на носике, носочки в сандаликах, татушка на трепещущем от рыданий горлышке... Наяда... Место наяде досталось неудачное — верхняя боковушка. Девушка выраженно страдала. Гусар Меньшиков, не испросив материнского благословения, орлом взвился со своей блатной нижней полки и в мгновение ока розовые косицы затрепетали у меня перед носом.
Пока клёкот возмущения формировался в моей натруженной груди, из заветного рюкзачка неблагодарный сын (чего мне стоило, чего половине Москвы стоило купить эти билеты!) выудил трёхдневный запас яств и с прискоками начал обхаживать наяду при помощи домашних беляшиков и котлет.
Изголодавшаяся в алтайских горах девочка благосклонно приняла приношения и в полчаса изничтожила четверть трёхдневного запаса для семьи из двух крупных человеков. Мамо вздохнула (хорошая девочка, не на диете) и завалилась спать.
Ночь прошла тревожно, под звуки рэпа, тихого смеха гусара и наяды и пшиканья кока-кольных бутылок.
Утром, обнаружив пустые контейнеры из-под котлеток и беляшиков, бедная мать позавтракала одиноким яичком, вытащила из-под полок горы опустошённых детками пластиковых бутылок, и разогнала тёплую компанию по полкам.
К полудню в наш отсек прибыли ещё две наяды. Гусар Меньшиков, оглядев поле битвы, выпнул матушку на перрон за новой порцией «спрайтов» и харчей. Девы путешествовали налегке, еде обрадовались, гусара оценили. Давясь кофейком, я наблюдала за счастьем молодых уже с боковой нижней полки (чтоб не мешать детям хохотать над картинками из контакта).
Девы оказались дельные. Со вниманием выслушивали о сложной судьбе Оптимуса Прайма, тяготы строительства миров в Майнкрафте переживали, как свои собственные, внимали. Розовые косицы, на правах старшей жены, по-хозяйски распоряжались имуществом гусара и его молчаливой мамаши.
Кульминация брачного пира случилась в момент, когда гусар непринуждённо потребовал из семейного бюджета свою долю, дабы оплатить девам посещение душа. (На сердце матери, ни разу до этого не замеченной в скаредности, начали расти чёрные волосы. Четыреста пятьдесят рублей! Не считая газировки и чебуреков!) Пораскинув мозгами, матерь поняла, что платить-таки придётся, и выудила из-за пазухи влажную пятисоточку.
Выходя в Екатеринбурге, наяды долго обнимали увешанного их сумочками гусара Меньшикова, обещали слать «Вконтакт» сообщения и желали ему прекрасного лета. Гусар, распушив единственный ус, принимал комплименты и всячески изображал взрослость.
Одинокая. Всеми позабытая. Никем не отблагодарённая женщина сидела у окна, вырывала с корнем из сердца чёрные волосы жадности и жалости к себе.
Вернувшийся ребёнок положил перед истерзанной матерью читанный томик Стивена нашего Кинга, новые розовые наушники со стразиками на пипках и шоколадку «Твикс». «Это тебе, мам. Девчонки сказали, что ты у меня — лучшая».
И тут, понятно, материнское сердце оттаяло. Пора и поспать...
Мама — красавица
На кухне стоит стол. У стола стул. На стуле сидит женщина, разглядывает себя в зеркале, стоящем на столе.
Нда... Хорошее лицо. Сразу видно — любит хозяйку. К празднику готово. Нос украшен двумя (что не тремя-то?!) пурпурными прыщами-гигантами, под левым глазом синяк, под правым — мешок. (Хоть бы подарки туда положили, что ли?!) Это что за ямы?! Поры?! Да когда вы так расширились-то?! К праздничку, чтоб «крэмы» поскорей всасывались?! А-а-а... Мама! Что это?! Что это такое большое и белое торчит из-под лица?! Третий праздничный подбородок... Фу, какая мерзость... Ты когда так вырасти успел?! Зачем ты вообще здесь?! Кыш! Пошёл отсюда в свою подбородковую страну! Я тебя не звала! Вон отсюда! Дверь там! Всё... Всё... Я урод. Праздника нет. Деда Мороза нет. Ничего нет. Будущее в тумане и чадре.