Мне страшно. Поэтому даже не скрываю слёз. Хочу с ним поговорить и не могу. Страх сковал горло.
- Я Виктория, - прошептала одними губами, но он меня понял.
- Виктория? - ухмыльнулся.
- Вы меня перепутали с кем-то. Я не Аида.
Мужчина прожёг меня острым взглядом. Уже хорошо, что он задумался над моими словами. Неприятно ощущать на себе столь пристальное внимание бандита.
- Я не люблю разводить пустые разговоры, Виктория-Аида. Ты отрицаешь, что ты Аида. Пытаешься убедить меня, что мои люди ошиблись. А я не люблю лишней болтологии.
Я не понимаю, что именно имеет в виду мужчина. Наблюдаю, как он схватил с тумбочки телефон и кому-то позвонил.
- Привези мне дополнительную папку с информацией на Сафонова. Быстро. Особенно меня интересуют фотки его дочки. По ним ведь мужики отрабатывали, чтобы дамочку сцапать?
Я снова дышать перестала. Как же хорошо! Правильно. Вот пусть ему привезут фотографии нужной им Аиды. А после они ведь отпустят меня или…
- Завтра утром, Аида, я выясню обманула ты меня или нет. Если солгала, я тебя накажу. И так, что ты навсегда запомнишь, как лгать мне, - не сказал, а гавкнул, отбрасывая в сторону телефон.
- Я правду сказала. Меня Викой зовут, - повторила как мантру.
Булат встал, подошёл ко мне. Он заметно ослаблен ранением, его слегка шатает, но при этом мужик такой здоровый, мощный. Да я никогда не видела таких широких плеч.
Он приближался, а я инстинктивно отступала назад, пока не уперлась спиной в стенку. Дальше идти некуда. Сзади стена, а впереди мужчина.
Он заглянул в мои глаза насмешливым взглядом.
- Я помогла тебе, а теперь ты отпусти меня, - попросила. Но мои слова вызвали лишь оскал на его лице. А после он засмеялся.
- Помогла? Правда думаешь, что жизнь мне спасла? Я бы не сдох, хоть твой папаша этого очень и хотел. Моя рана не смертельна.
- У меня нет отца. И не было. Я не устану повторять, что я Вика, а не Аида. Зачем я вам?
- Видишь вон тот диван, Вика-Аида, - произнёс, указывая пальцем вправо.
Повернув голову, я увидела небольшой диван прямо у стены. Кивнула.
- Иди туда. Садись. Располагайся. И помалкивай. Не беси меня и не выводи из себя. Ты хоть имеешь малейшее понятие о том, что мне хочется сделать с дочкой шакала Сафарова?
Я отрицательно закачала головой. Его слова прозвучали как открытая угроза.
Чёрные мужские омуты едва ли не сжигали меня. Даже не сомневалась, что ослушаюсь его, тогда мне не поздоровится. Этот мужик не терпит неподчинения. Похоже, что он здесь главный.
Я медленно отошла от него, а затем подошла к дивану. Села. Не сводила с него настороженного взгляда. Всё время казалось, что он кинется на меня.
- Хорошо, - произнёс, а после подошёл к двери, снова посмотрел на меня, - надеюсь ты понимаешь, что не прощу тебе ни единой глупости! Сиди тихо. Не доставляй хлопот. Ты ещё целая лишь по одной причине: я не уверен, что ты Аида.
Я его едва слышала, ведь в ушах стоял шум от грохота собственного сердца. О чём это он? Признался, что убил бы, если бы точно знал, что я Аида?
Он повернул ручку двери и вышел в коридор.
Я смирно сидела на месте не более двух минут. А после вскочила и заметалась по его комнате. Сразу же подбежала к окну. Распахнула его. Второй этаж. Высоко. Но если правильно спрыгнуть, то можно попробовать ничего себе не сломать.
Надо же хоть что-то делать, а не отдавать себя на съедение этим монстрам. Я - свидетель. Они меня не отпустят, а убьют, когда выяснят, что я Вика, а не Аида.
Залезла на подоконник и попыталась быстро оценить ситуацию внизу. Справа есть водосточная труба. Вроде бы металлическая и прочно прикреплена к крыше. Можно по ней спуститься, а дальше… А я не знаю, что будет дальше. Придётся действовать, исходя из обстоятельств.
Страх и желание спастись вынуждали меня зацепиться руками за трубу и заскользить вниз.
Я сорвалась на половине пути. Ожидаемо. Ведь на улице скользко и морозно. Упала на бетонную отмостку, больно стукнувшись бедром, ощущая жгучую боль в ладони. Сжала пальцы, почувствовав липкую влагу. В нос ударил запах крови.