Наказывать невиновную я не хотел. Если же сучка солгала, я непременно об этом узнаю и очень скоро.
Мои парни в такой суматохе выяснили личность девки, а после и искали её, что я не исключал варианта с ошибкой.
У Аиды вполне хватило бы ума, подставить вместо себя эту наивную глупышку.
Аида или Виктория… Я это скоро буду знать наверняка.
А пока пусть девица посидит в подвале и подумает над своим поведением. Надеялся, что поймёт: меня лучше не выводит на эмоции. Потому что разгон до обезбашенности у меня порой случается за доли секунды.
.
Ночь провёл беспокойную, а утром проснулся от шума за дверью.
- Войди! - распорядился, когда в двери громко постучали.
Один из моих парней неловко переминался с ноги на ногу на пороге.
- Вань, выяснили?
- Вот то, что ты просил! - он протянул мне файл с распечатками.
- Свободен, - процедил, переводя взгляд на полученную папку.
Уже через пять минут я сатанел от ярости. Мои олухи перепутали девок.
В приложенном файле были и фотки, и информация на обеих девушек. Та, которая попала ко мне и тусуется сейчас в подвале с крысами - Виктория. А вот Аида… понятия не имею, где эта Сафаровская сука.
Но что теперь делать с Викторией…?
Эта девчонка слишком много видела и слышала. Я не могу её отпустить. Сдаст ведь с потрохами.
= 6 =
Виктория
Я провела самую ужасную и невероятно холодную ночь в своей жизни. Даже не знаю, а закончилась ли уже ночь. Здесь темно. Время тянется бесконечно. Я словно выпала из реальности. Может уже двое суток прошло?
А ведь прежде я полагала, что ничего более ужасного со мной не могло случиться, чем совместное проживание с отчимом на одной территории. Отчим часто поднимал на меня руку. И заступиться было некому. После смерти мамы он стал моим опекуном.
Жёсткий, строгий и вечно всем недовольный. Я ушла из дома сразу же, как окончила школу. Поступила в медицинский техникум, а вечерами работала. Было сложно, но мне повезло получить комнату в общежитии, в котором я тоже подрабатывала. Уборщицей. Так я сильно экономила на оплате за съёмное жильё.
У меня было так много планов на жизнь. И до сих пор поверить не могу, что в одно мгновение всё вот так может закончиться. По прихоти какого-то мудака, возомнившего себя вершителем чужих судеб.
Я упёрлась лбом в стену, чувствуя бесконечный поток слёз, заливающих щёки. Не могу их остановить. Мне плохо, холодно и больно, страшно.
Сидеть на корточках часами неудобно. Я пыталась ходить, опираться о стены спиной, но только не ложиться на холодный пол.
Не знаю на сколько меня ещё хватит. Если про меня забыли или решили замуровать в этом бетонном склепе, то рано или поздно мне придется лечь на пол и отморозить себе абсолютно всё, что только можно. Сейчас же и думать о таком не хотела.
Я успела обнаружить в этом подвале небольшой люк, прикрытый деревянной крышкой.
Приоткрыла увесистую деревяшку, желая заглянуть внутрь. В нос ударил зловонный запах с примесью плесени.
Я закашлялась, а после приглушенно взвизгнула, заметив большую крысу.
Кажется эти “пушистики” обитают под люком. Я следила испуганным взглядом за крысой, да не её боялась. Страшно от собственных жутких перспектив.
Я никогда не боялась ни насекомых, ни крыс. Остерегалась их. Остерегаюсь и сейчас. Мне известно, что крысы могут вести себя весьма агрессивно, особенно, если голодные.
Эти же просто бегали под ногами, жутко нервируя. Но их компания однозначно приятней, чем мужиков из этого дома.
Я маялась и страдала от боли в теле бесконечно долго, как мне казалось. Адски болела не только ладонь, но и бедро. Мне приходилось беречь руку, чтобы не подцепить никакого заражения, но умом понимала: в такой антисанитарии это нереальная задача.
Услышав звяканье замка, я заметила, как дверь медленно стала открываться.
Обо мне вспомнили! Только вот с какой целью?
На пороге увидела Булата. Он встал и так дотошно принялся меня рассматривать, что мне захотелось превратиться в песчинку и раствориться в пространстве.