Определенные круги
Застоя варево густое
Залить пытались мне в мозги.
Не помню кто, но точно очень
Об этой написал поре:
«В те дни общественная осень
Стояла долго на дворе».
Но рамки жизни этой серой
Узки мне были и тесны,
И верил я глубокой верой
В приход общественной весны.
Мечтал, как вольные народы,
Партийной догмы сбросив гнет,
Пешком под знаменем свободы
Пойдут куда-нибудь вперед,
Как, в правовое чисто поле
Войдя однажды, род людской
Там обретет покой и волю
Своей мозолистой рукой.
Мечты остались лишь мечтами,
Что с грустью должен я признать,
Хоть где-то и сбылись местами —
Процентов максимум на пять,
Да хоть бы даже и на восемь,
Но я и этому не рад:
Ведь за окном все та же осень —
Ну разве минус пубертат.
Юноше, метающему харчи
Трепет внушает твой вид, когда, пополам
изогнувшись,
Тучею ты грозовой над заплеванной урной
навис.
Подвиг подобный воспеть не под силу, боюсь,
и Гомеру,
Нужен для цели такой Фидия славный резец.
«Обладатель крепкого здоровья…».
В последние годы исследователи часто выявляют положительное влияние высокого уровня образования на здоровье человека.
Обладатель крепкого здоровья,
Строен, словно девушка с веслом,
Не напрасно потом я и кровью
Синий зарабатывал диплом,
Твердо зная, что процесс учебный,
Даже если в нем ни в зуб ногой,
Для здоровья более лечебный,
Чем процесс какой-либо другой,
Чем, допустим, плотское соитье,
Или секс (хоть он для нас новей),
На скрипучей койке в общежитье
С дурой-однокурсницей своей.
Разума испытывая муки,
Вызывая зависть стаи крыс,
Восемь лет я грыз гранит науки,
Чтобы свой улучшить эпикриз.
Восемь лет, как Путин на галерах,
Был примером рабского труда,
И хоть чередою будней серых
Проплелись учения года,
Но сегодня я в отличной форме,
Что охотно подтвердят врачи,
У меня давленье в полной норме
И анализ – вот такой! – мочи.
Да и кровеносные сосуды —
Тьфу-тьфу-тьфу, по дереву стучу…
И больным я в принципе не буду,
Даже если очень захочу.
«У вас жратвы навалом и бабла…»
Российский МИД недоволен темпом переговоров с США по отмене виз.
У вас жратвы навалом и бабла,
Кругом из мрамора палаты,
А мы сметаем крошки со стола,
Кроим копейки до зарплаты.
У нас в году пять месяцев зимы,
Наш край родной не все считают раем.
Да, скифы мы, да, азиаты мы
И этот факт от мира не скрываем.
Как предложил любимый наш премьер,
Как МИД наш заявляет грозно,
Пора бы снять вам визовый барьер,
Пока еще не поздно.
Пусть мы в цивильных ходим пиджаках,
Сменив на них потертые кожанки,
Броня крепка, как при большевиках,
И так же быстры наши танки.
Вас не спасет премудрый интеграл,
И выжить – хер вам,
Коли мечи перекуем мы из орал,
Как в грозном сорок первом.
Потенциал ваш стал с годами слаб,
И плоть изрядно износилась.
А мы придем и трахнем ваших баб,
Как им и сроду-то не снилось.
Об этом наши лучшие умы
Мечтали долгими ночами…
Да, скифы мы, да, азиаты мы —
Встречайте же нас солью с калачами.
«День тот давний нам забыть едва ли…»
Десять лет назад Владимир Путин был избран президентом России.
День тот давний нам забыть едва ли,
Был он ясным, но не в этом суть,
Президента мы в тот день избрали
И тем самым выбрали свой путь.
Молодой, спортивный, сероглазый,
С экстерьером альфа-кобеля…
Мы в него влюбились прямо сразу,
Увидав лишь мельком издаля.
И буквально в тот же миг до дрожи
Обуял нас всех любовный пыл,
До чего же был хорош он, боже,
До чего же сексапилен был.
Как нам милым было не гордиться?
Был избранник хваток и удал,
То взасос он целовал тигрицу,
То моржа через бедро кидал.
С голым торсом в образе ковбоя
Гарцевал на розовом коне,
Было в этом нечто голубое,
Но притом брутальное вполне.
Хоть я Фрейда не большой поклонник,
Хоть, по мне, либидо – лабуда,
Но признаюсь, что герой-полковник
Всех нас разом поимел тогда.
И до сей поры еще имеет,
И вовек его нам не избыть,
Ведь никто на свете не умеет
Крепче нас полковников любить.
«Когда-то гости к нам съезжались…»
Когда-то гости к нам съезжались
И в доме царствовал бедлам,
А нынче все поразбежались
И затаились по углам.
Иных уж нет, а те далече,
А эти есть, но не хотят.
Окончен бал, погасли свечи
Или едва-едва коптят.
Да черт бы с ними, со свечами,