Нет, магику на ней они не использовали, но все равно было неприятно. Хотя в последнее время, подобное стало случаться все реже и реже. Видимо, они тоже осознали всю серьезность и тяжесть положения старшей сестры. И понимали, что скоро им придется разлучиться.
Ведь законы горного королевства просты: где и как ты живешь напрямую определяется тем, что ты можешь. А Эмма не могла ничего. По факту, она даже сейчас не имела права находиться в Среднем городе, ходить по их земле, дышать их воздухом. Это право было лишь у владевших силой.
Мать Эммы, Иллиада, уже договорилась со своей троюродной сестрой, живущей в каком-то селе у подножья горы, принять старшую дочь на первое время. По-хорошему, ей следовало сделать это еще три года назад, когда Эмме исполнилось шестнадцать- критическая точка развития способностей у подростков.
Однако родители не смогли расстаться с Эммой и скрывали тот факт, что их дочь родилась пустой. Но дальше так продолжаться не могло. Как минимум потому, что каждый совершеннолетний верноподданный Вердии должен был зарегистрировать себя и свой дар, для великой переписи населения.
За чистотой крови и врожденным уровнем способностей следили тщательно. Казалось, там, наверху, были одержимы идеей вывести сверх нацию сильнейших магиков, и следовали этому плану неуклонно, отчищая зерна от плевел. При подобном распределении, люди вступали в союзы с равными себе по силе и рожали таких же одаренных детей. Тем временем, нижние уровни медленно пустели и загибались. Ведь далеко не каждый в подобных условиях мог позволить себе иметь ребенка.
Избежать депортации в нижнюю часть королевства ей бы не удалось. Со временем соседи бы все равно замтили, что с ней что-то не так. И за уклонение от регистрации Эмму ждала бы не просто депортация в нижние земли, но и тюремный срок в придачу. Поэтому ее родители отсчитывали дни до того момента, когда им предстояло открыть правду о своей дочери и распрощаться с ней.
Эмма огляделась по сторонам. Было не так поздно, но улицы уже опустели. Впереди, на другой стороне дороги, она увидела знакомый силуэт. Это была Марго, молодая жена булочника, жившего через два дома от семейства Май. Девушка сразу узнала ее и ускорила шаг, в надежде нагнать соседку. Затемно домой лучше возвращаться вдвоем.
Но какое-то дурное чувство снова комом подкралось к ее горлу.
- О, бездна! Перестань быть такой трусихой! Успокойся, у тебя в кармане звенит всего пара монет, кому они могут быть нужны? Разве что попрошайкам, - бормотала она себе под нос.
К сожалению, то, что негодяям от женщины могут понадобиться не только деньги, Эмма поняла слишком поздно. Когда увидела мощные руки в перчатках, вытянувшиеся из темной аллеи. Когда они схватили шедшую перед ней жену булочника, сажали ей рот и с силой утянули за собой.
Ужас сковал Эмму, а бумажный пакет вывалился из бессильно повисших рук и порвался. Содержимое покатилось по тротуару. Как такое вохможно? Почему сейчас? С тем, кого она знает? Ей всегда казалось, что страшные вещи случаются с кем-то другим, далекими персонажами из новостей. С недобропорядочными людьми, а не милой женой булочника.
Потому Эмма застыла в нерешительности. Сделать что-то? Но что? Она даже простейшего заклинания наколдовать не сможет. Уйти? Трусливо сбежать, как жалкая мышь, крадущаяся тайком в потемках? Как уважать себя после такого?
-На помощь! Кто-нибудь! –закричала девушка, и ее голос эхом прокатился по пустынной улице.
Вдалеке раздался лай собак, а в близлежащих домах загорелся свет. Ее должны были услышать.
Пускай никто наружу так и не высунулся, но ее должны были услышать! Сейчас они позвонят в службу стражей, они придут и помогут! Ее ведь услышали, верно? Ее услышали…
И тут сердце Эммы похолодело от ужаса второй раз за вечер. Ее услышали…в том числе и нападавшие. Что если они решат не просто сбежать, но и избавиться от своей жертвы? От Марго, заставят ее замолчать навсегда…
Сама того не осознавая, она сделала шаг по направлению к тому переулку. Еще один шаг. И еще.
«Остановись! Тебя же там просто убьют!»
Но ноги будто не слушались Эмму. И вот она уже неслась галопом в темную аллею, где на ее глазах совершалось преступление, игнорируя все тревожные звоночки в голове и моля всех богов застать соседку живой и невредимой.
Что ж, Марго определенно была жива, а вот насчет невредимой сказать сложно.