Иллиада и Эрнест Май, родители Эммы, всегда упоминали Кхаа- змееподобного бога, покровителя ученых, которому молились все врачеватели. И пусть их дети еще не обрели свой путь, но по привычке так же обращались к нему в час нужды.
-Я… где я? - облизнув пересохшие губы, произнесла Эмма.
-Ты дома, дорогая, - мать обняла ее за шею тонкими руками.
Никаких колонн, гор и прекрасных палат с горами. Должно быть, Эмма слишком сильно ударилась головой.
-Что произошло? - девушка захлопала пушистыми ресницами.
-Ничего. Ничего не произошло. Это и странно, - произнес незнакомый ей голос.
Только сейчас она заметила седого мужчину в металлических нарукавниках и нашивке стража на плече. Он возвышался над членами ее семьи и озадаченно чесал подбородок.
-В вас угодило ледяное копье. И с вами абсолютно ничего не случилось! Мы с моим напарником видели все собственными глазами!
-А что стало с этими козложопыми уеб…
-Эмма Май! - вскрикнула мать, - Следи за своим языком. Если я услышу от тебя еще одну грязь, то клянусь богами, устрою твоему рту большую стирку!
-Будет тебе, Ада, ты их называла и похлеще, когда узнала о случившимся, - отец обнял ее за плечи, а младшие прыснули от смеха.
Далее страж поведал о том, что преступники схвачены и переданы в руки правоохранительных органов Верхнего города, где над ними состоится суд. С соседкой Марго все в порядке, ее обследовал врачеватель и она, как и Эмма отделалась испугом и небольшими ушибами. И сейчас, вместе со своим супругом, Марго дает показания в участке.
-Должен сказать, вашим дамам храбрости не занимать, что одной, что второй, - довольно крякнул страж.
-Сколько же прошло времени? Сколько я пробыла в отключке? - пораженно спросила потерпевшая.
-Уже светает, - сестра отдернула плотную штору впуская в комнату первые слабые лучи предрассветного солнца.
Лина выглядела бледной и уставшей. Близнецы тоже зевали в ладошки, но никто из них и не думал идти ложиться спать. Никто из них не думал спускать с меня взгляд.
Страж задал еще пару вопросов родителям и направился к выходу, но обернувшись произнес:
-Уж не знаю, что это за магика такая у вашей дочери, но ей несказанно повезло.
Магика?
После его ухода, Иллиада и Эфилио Май отправили детей спать по своим комнатам.
-Ночь была долгой, все расспросы подождут до завтра, - строго произнесла мать.
-Держи, милая, это сухая одежда, ты вся дрожишь, - ласково произнес отец, передавая дочери сверток с махровой пижамой.
И в самом деле, только сейчас Эмма обратила внимание на мокрую ткань, прилипшую к телу. Как раз в том месте, где ее должна была пронзить сосулька. Или все-таки пронзила?
Дождавшись, пока в доме все улягутся спать, Эмма выскользнула из-под теплого одеяла и на цыпочках вышла в холл. Она двигалась тихо, стараясь не разбудить сестру, храпевшую и пускающую во сне слюни на соседней кровати.
В доме было темно, но она прекрасно знала, куда ей нужно: в родительскую лабораторию в подвале. Там было прохладно и стерильно чисто. Эмма взяла с полки сверток с инструментами и выбрала скальпель с самым острым лезвием.
Она не могла выкинуть слова стража из головы. Магика. Неужели она у нее есть? И Эмма может не ставить крест на своей жизни? А ведь и действительно, на нее никто никогда не покушался. Она даже никогда не получала сильного ущерба. Ничего себе не ломала и не разбивала.
Даже когда стало понятно, что ей предстоит отправиться в подгорье, то отец нанял Эмме учителя по фехтованию и борьбе. Но учили ее в основном самообороне. И с этой задачей девушка справлялась блестяще. Обходилась не более чем синяками и ссадинами, которые заживали на ней, как на собаке.
Возможно, это и есть ее дар? Ее магическая сила? Если родители могут исцелять других, то вдруг Эмма может исцелять себя?
Девушка села на холодный край металлического стола и положила рядом с собой дезинфектор, целебную мазь и рулон бинтов, на случай провала. Она обреченно уставилась на свою левую руку, держа в правой скальпель.
-Главное не дрогнуть, - бормотала она, - это мой последний шанс! Ты сможешь! Раз - и все!
На самом деле Эмма понимала, что абы какая царапина не подойдет. Если ее магика проявилась в критический момент, то и повреждения должны быть серьезными. Так что, нервно сглотнув, она полоснула себя по запястью.
Глава 1.3
-Долго собираешься там стоять? - услышал я знакомый голос.
Это был Кристень, мой помощник, охранник и верный друг с самого детства. К отпрыскам глав семей клана нередко приставляли подобных слуг, братьев и сестер по дальней ветке родства.