Рин сложил руки на груди и опустил голову. Несколько секунд он молчал. На лице четко прописывались его мысли, но быстро ускользали. Крессида затаила дыхание. Это действительно очень серьезный вопрос: «Возможно ли полюбить кого-то с первого взгляда?» Весьма сомнительно. Это Кресс увидела на лице Рина, когда он поднял его, но его ответ поверг принцессу в шок:
–– Что же… думаю, когда ты встречаешь того, кто полностью изменит твою жизнь, ты просто знаешь, – сказал Рин смотря прямо Кресс в глаза, не отводя взгляда, словно пытаясь донести, он говорил не только о картине. Затем сказал уже учителю: – К тому же, за те деньги, что вы планируете брать за вход, это должна быть истинная любовь, не так ли?
–– Романтик и циник, – заключил учитель Таки Каори. – Хорошо, а что на счет этой картины?
Рин взглянул на другое полотно. На нем мужчина в храме, подобно этому, насиловал женщину. Парень резко отвернулся не в силах смотреть на это. Его руки затряслись, сжимаясь в кулаки. Кресс увидела, как зрачки его глаз сжались в узкую полоску. Кресс уже неоднократно замечала эту особенность. Шея стала покрываться мелкими светлыми пятнышками. Чем сильнее Рин сдерживал себя, тем больше эти пятнышки желали проявить себя, окрашиваясь в жёлтый цвет и плотнея прямо на глазах Кресс.
Она поняла, что её картина напомнила Рину тот злополучный день, из-за которого все в городе его ненавидят.
–– Узнал? – спросила Кресс.
Рин взглянул на неё взглядом полным презрения. «Кто дал тебе право рисовать такое?!» кричали его солнечные глаза.
–– Это Медуза Горгона и Посейдон, – ответила девушка на его молчаливые обвинения. – Согласно истории учителя, Медуза была девушкой с прекрасными золотыми волосами. Бог Посейдон изнасиловал её в храме Афины, где бедняжка искала спасения. Но мольбы раздражали богиню Афину, и она превратила девушку в чудовище со змеиными волосами, змеиным телом и способностью обращать человека в камень. Так жертва стала чудовищем, и её имя поносят уже многие века. А насильник-бог остался безнаказанным.
–– Это не моя история, – поправил девушку учитель Таки Каори. – А Овидия. «Метаморфозы» четвертая и пятая книги. Не припомню… Я рассказал тебе иное, дитя. Сестер было трое: Медуза, Сфено и Эвриала. Все они дочери морского божества Форкия и его сестры Сето. Но только Медуза была смертной.
–– Вам не кажется странным, что очень многие монстры были созданы богами, учитель? Но в мифах они считаются чудовищами, а не детьми богов. Как Форкиды: Граи, Горгоны, Сцилла и Харибда, Сирены, дракон Ладон, охраняющий яблоки Гесперид. Даже Эхидна, жена великана Тифона, родившая двухголового пса Орфа и трёхглавого Цербера, Немейского льва, Химер, Сфинкса, Колхидского дракона, охраняющего Золотое руно, Эфона, орла Зевса, Лернейскую гидру. Многие из перечисленных были убиты тем же Гераклом.
Кресс вдруг подумалось, что после этого Всемирный потоп не кажется безумством. Принцесса задалась вопросом: «Бог хотел искоренить зло, но может быть имелось в виду не только зло? Может Бог хотел истребить не людей, а наоборот?»
–– Это Ладон? – спросил Рин, сказывая на другую картину.
–– Да, – радостно ответила Кресс. – Ты узнал. Очень похоже на Библию, не так ли? Учитель вот перепутал.
–– Что за Библия? – спросил Рин, нисколько не смутившись.
Радость Крессиды угасла.
–– Я потом тебе расскажу.
Рин смотрел на картину с драконом. Он помнил, что согласно мифу, у дракона была сотня голов, которые говорили разными голосами и никогда не спали. Его убил Геракл. Здесь Рин призадумался. В чем-то Крессида права. Если все эти чудовища были созданы богами, значит в какой-то мере они боги или полубоги. В них есть божественное начало, но их так легко убить! А история помнит их как монстров. Люди помнят их как монстров. Но разве Ладон был монстром? Даже после смерти его кровь взрастила так называемые драконьи деревья, с массивными стволами и перекрученными шипообразными ветвями, напоминающие терновник. И темно-красный сок тех деревьев обладает лечебными свойствами. Из каждой капли крови выросло драконье дерево, а место то стало называться Волшебной рощей.
Дракон Кресс был с одной головой, человеческого роста или чуть выше. Существо было очень красивым с золотой чешуей, как у рыб, а не змей. У него было четыре лапы и огромные крылья. Даже морда выглядела очень мило для свирепого существа, охраняющего дерево с золотыми яблоками. Дракон Крессиды показался Ринару могущественным, но одиноким существом.