Рин мученически вздохнул и сказал:
–– Я больше не могу бороться с собой. Сил нет. Она меня покорила…
–– Похоже, она сделала нечто большее, чем просто покорила тебя, – ответил ему низенький мужичок. –– Она тебя зачаровала! А ты, дурень, даже не сопротивлялся ее магическим чарам.
–– Разве это плохо? – удивился Рин. – Ты же сам говорил, что девы Судьбы уготовили для меня спутницу жизни, особенную женщину, с которой я смогу разделить свою ношу и свою судьбу.
–– Да, но…
–– Мои родители обрели друг друга незадолго до того, как отец был коронован. И их любовь была слишком быстрой, слишком сильной, и поглотила их с головой. Настолько, что народ беспокоился за своего короля, но по итогу они стали одними из самых известных в романтическом плане правителей Эмиральда. Их любовь была идеальной!
–– Их любовь была сказкой, которую рассказывали детям перед сном, чтобы дать надежду, – возразил храмовник.
Крессида почувствовала рядом с собой какое-то движение. Она испугалась, что её обнаружили, заозиралась вокруг. Несколько минут девушка смотрела вокруг, но ничего не увидела.
–– Кто здесь? – спросила принцесса.
Никто не откликнулся. Кресс собралась было спросить снова, но громче, как вдруг из тени вышел волчонок.
–– Малыш! – Она склонилась над волчонком и потрепала головку. – Привет. Как ты подрос. Рин хорош тебя кормит?
Стыдно признаться, но Крессида была уверена, что Хару забросил волчонка, сбагрив заботу о нём кому-то другому или вообще забыл про него. Но не похоже. Принцесса осмотрела малыша, она сама не разбиралась в волках и их детёнышах, но по виду это был здоровый и упитанный волчонок. И ещё она заметила одну забавную особенность –– это девочка!
–– Интересно, а Рин знает, что ты у нас леди? – спросила Кресс у малыша, та тявкнула в ответ. – Идем, найдём твоего хозяина.
Кресс вышла из своего укрытия и направилась к Хару. Волчица деловито трусила рядом одним своим видом показывая «смотри, смотри кого я отыскала. Я молодец!»
Голоса резко стихли.
Крессида увидела Рина за прядением, и это занятие определённо ему не нравилось. Хару не выглядел счастливым или удовлетворённым от проделанной работы, но все равно продолжал прясть. Он прял все то время, что говорил с храмовником?
–– Кресс?? – удивился он. – Малыш?
Волчица уютно пристроилась у его ног.
–– С кем ты говорил?
–– Ни с кем.
–– Но я определённо слышала несколько голосов.
–– Ох, ну вообще-то я болтал сам с собой, – солгал ей Рин. – В полном одиночестве.
–– Так уж и в одиночестве? – усмехнулась Кресс, указывая на волчицу.
–– Да, Малыш оказался хорошим компаньоном.
Кресс последовала примеру волчицы и уселась недалеко от Рина. Тот отложил свою работу, освободив руки.
–– Малыш?
–– Да, это его имя.
–– Тогда уж Малыш-ка. Это же самка. Ты не знал?
Рин в полном изумлении уставился на волчицу, словно у неё выросли крылья. Затем перевёл взгляд на Кресс, ожидая что та вот-вот засмеётся и скажет, что разыграла его. Но девушка только указала рукой на детёныша, мол «на, проверь сам». Хару приподнял волчонка и уставился в промежность. Несколько секунд он смотрел не моргая, а затем вновь обратился к Кресс негодуя.
–– Зачем ты меня дуришь! Я прекрасно вижу, что это мальчик.
–– Эм-м... Хару, у нее соски на животе, для будущих детёнышей, чтобы те пили молоко.
–– Но у него... то есть... у неё... в смысле...
–– Почти у всех животных он есть, Рин. Надо же им как-то мочится.
Хару, обескураженный и потрясённый до глубины души, уткнулся носом к носику волчицы и очень серьёзно заявил:
–– Прости. Я все равно тебя люблю и буду заботиться о тебе, несмотря на то что ты девчонка. И буду звать тебя Малышка.
Затем Рин нежно и бережно обнял её, словно младенчика. Новоиспечённая Малышка повернула мордочку к Кресс и устало вздохнула, словно говоря «он в своём уме?»