Ночной гость стоял на заднем дворе особняка. Впереди, метрах в тридцати, высился тёмный силуэт дома, два этажа и мезонин, увенчанные высокой крышей с кирпичными трубами. Справа от дома — вольер для собак, сейчас пустой. Ну да, сами собаки, по словам начальства, ночью выпускались во двор, да и смысл поступать иначе. Собственно, вот и они. Первая лежала у крыльца чёрного хода, свернувшись калачиком на деревянном настиле. Крупная, лохматая, с мощной башкой, размером с хорошего телёнка. Вторая — чуть поодаль, у сарая, вытянувшись во всю длину и положив морду на вытянутые лапы. Вот не нравились они Семену. Не лапы, в смысле, а зверюги целиком. И было подозрение, что и он псинам не понравится, если те проснутся. Нет, Долгих вроде чего-то обещал по этому поводу, но идти то мимо этих мохнатых крокодилов-переростков ему, а не жандарму.
Так что Семён спешить не стал, наоборот замер, прикидывая обстановку. Собака номер раз, которая у крыльца, спала крепко, лишь чуть подрагивая во сне. Вторая, у сарая, тоже вроде бы спала, но её сон был более чутким — уши подрагивали, ноздри раздувались, втягивая ночной воздух. Ветер дул от дома в сторону сарая, и это было на руку, но ветер ведь мог и перемениться.
Стоять можно было долго, но вот толку от этого было немного и он двинулся вперед. Медленно-медленно, плавно-плавно, перенося вес с ноги на ногу, так что не шевелились даже отдельные камешки гравия. Скрытность окутывала его незримым плащом, струилась вокруг фатой, и это было поистине странное, почти сюрреалистическое ощущение. Он шел, и мир вокруг него расступался, не в силах осознать то, что пряталось в ажурных, невесомых лентах скрытности. Не было нужды прятаться в тенях, ведь он сам был тенью. Не требовалось избегать взглядов — взгляды, если бы они были, сами избегали его. Даже ветер, казалось, огибал его фигуру, не создавая завихрений, которые могли бы донести его запах до чуткого собачьего носа.
Или не огибал?
Первая собака подняла голову. Что-то учуяла? Жандарм лоханулся, и это не простые животные, а магически модифицированные? Жандарм же лоханулся, и снотворное, или что это было, не подействовало как должно было? В любом случае, Семён замер мгновенно, на середине шага, застыв гипсовой статуей. НУ, как вон та девушка с веслом…казалось бы, откуда здесь эта отрыжка соцреализма?..Насколько тупые мысли лезут в голову в такой момент… Правая нога зависла в воздухе, не коснувшись земли. Он не дышал. Не моргал. Не существовал.
Семён замер мгновенно, на середине шага, застыв статуей. Правая нога зависла в воздухе, не коснувшись земли. Он не дышал. Не моргал. Не существовал. Скрытность, повинуясь инстинкту, взвинтилась до предела, до какого-то запредельного уровня, о котором он даже не подозревал. Кокон схлопнулся вокруг него, делая пустым местом, ничем,воплощенным отсутствием. Вот только что здесь был человек — и вот его уже нет. Собака смотрела в его сторону, и Семён чувствовал этот взгляд. Зверюга чуяла что-то, но не могла понять, что именно. Черные ноздри раздувались, уши настороженно подрагивали, но глаза смотрели сквозь него. Нет, явно что-то не то было с этим блоховозом, руи бы переломать местным кинологам.
Прошло с полминуты. Собака фыркнула, опустила голову обратно на лапы и закрыла глаза. Семён медленно, миллиметр за миллиметром, опустил ногу на землю и продолжил путь.
Дверь черного хода порадовала, но и озадачила вайбами родного мира. Очень уж потертый дерматин с ручкой-кнопкой не вязался с загородным дворянским имением. Настолько, что Семен даже засомневался, не были ли все его приключения особо забористыми глюками…хотя если были, то и ладно. Весело же. А значит, продолжаем веселится, благо замок оказался совершенно элементарным, сувальдным на три рычага, безо всяких секретов и фокусов. Парень даже не стал тратить время на оценку, такие он щелкал за считанные секунды, даже с первым рангом кражи. Отмычка скользнула в скважину, пальцы сделали привычное движение, подхватывая рычаги один за другим, и замок открылся с тихим, почти неслышным щелчком.
Из открывшейся двери пахнуло букетом типично-кухонных ароматов. Ну, логично, черный ход ведь и вел в кухню. Просторную, с потемневшими от времени потолочными балками и дверью в углу. Судя по плану, именно она ведет в коридор для прислуги. Имение, вроде бы сегодня пустует…ну так и собачки, вроде бы должны были спать, так что лучше не шуметь.
Не шуметь, вроде бы, получалось, в чем здорово выручал хоть и стоптанный тысячами шагов, но ковер, покрывавший плотно подогнанные доски пола.
Коридор оказался узким, с белыми стенами и рядом дверей по обе стороны. Кладовка. Людская. Ещё одна кладовка. В конце коридора — лестница на второй этаж, узкая, деревянная, с вытертыми ступенями.