— Да?
— Где все остальные?
Вёрджил моргает.
— Работают из дома.
— А, — говорит Джо, и в груди расцветает искра надежды. — И, эм… какие у нас возможности для удалённой работы для—
— Вы в испытательном периоде — первые три месяца, в течение которых по регламенту работа из дома не предусмотрена. Глупо, знаю, но такова политика. После этого можем обсудить гибкий формат.
— Да, конечно, — торопливо говорит Джо, не желая выглядеть бездельником. — Всё хорошо.
— Замечательно, — говорит Вёрджил. — Вы знаете, где меня найти.
Дверь закрывается, и Джо осознаёт: нет, он понятия не имеет, где того искать. Ну и ладно. Он откидывается на спинку кресла, тянется к компьютеру и нажимает на значок с надписью «WELLBOT 6.0».
Компьютер чуть тормозит, затем на экране появляется дружелюбный женский аватар в серых корпоративных брюках-костюме и с облачком речи.
Доброе утро, Джозеф, добро пожаловать в Ponos. Прежде чем приступить к работе, давайте проведём экспресс-оценку вашего самочувствия, а потом начнём день с улыбкой!
Джо закатывает глаза. В отдалении раздаётся карканье какой-то птицы — такое пронзительное, что на мгновение оно почти звучит как человеческий крик. Вздохнув, он вставляет наушники и начинает печатать в ответ.
ДВА
Остаток дня проходит в выполнении тупящей коллекции мелких задач, все расписанных в DailyPlan — каком-то фирменном программном обеспечении Ponos для составления списков и расстановки приоритетов. Джо завершает обязательный инструктаж по охране труда и технике безопасности, состоящий из снисходительных слайдов и совершенно очевидных вопросов с выбором ответа. Подключать телефон к Wi-Fi он не стал — хочет иметь возможность просматривать и смотреть что-нибудь в фоне, чтобы это не отслеживалось. Что он и делает. Большую часть дня.
Когда дело доходит до реальных задач, одна из них требует сгруппировать незнакомые имена в десять групп по «целевым показателям продуктивности», а затем категоризировать суммарную «синергию» на основе баллов, которые выдаёт таблица. Джо совершенно не понимает, что это значит и к чему относится в реальном мире, — но, откровенно говоря, его это не интересует.
В 16:43 он уже остервенело следит за часами. Кроме вылазки за сэндвичем в Subway за углом около обеда и последующего возвращения, он не видел никого за весь день. Удивительно, думает он, как быстро жуткое и тревожащее сменяется скучным. Здание его больше не пугает, его пустота больше не настораживает. Теперь у неё есть объяснение — все остальные выполняют эти дурацкие обязанности из дома, а он застрянет здесь, в этом маленьком офисе, на три месяца. Скука, скука, скука.
Когда пробивает 17:00, он уже за дверью и в автобусе — «I Want You Bad» группы The Offspring грохочет в ушах, и блаженный уют квартиры ждёт его возвращения.
Готовить он рассматривает, но решает: после первого рабочего дня заслуживает просто отдохнуть, — и заказывает буррито из Deliveroo, пока смотрит видео на YouTube, где профессиональные повара готовят буррито.
Мама ему не ответила — хотя, по правде говоря, его сообщение и не предполагало ответа. Он думает, как она там, одна в доме в Илинге. Ну, не совсем одна. У неё есть подруги по церкви с Бромфилд-роуд и пешие группы. Или раньше были, до ковида. Возобновились ли они? Во время ковида мама просила его переехать к ней — чтобы ему не было одиноко, — а он всё повторял: Всё нормально, мам, я не одинок. Не переживай за меня . Но он так был сосредоточен на собственном одиночестве, что ни разу не остановился подумать: может, это она в нём нуждается.
Разговаривать с ней, не думая об этом, у него не получается, — и в итоге он с ней вообще не разговаривает.
Она справится. Эта женщина растила ребёнка в одиночку почти без чьей-либо помощи. Она крепче, чем ты думаешь.
Проведя два часа в Reddit и час в рилсах IG, он засыпает на диване в час ночи.
* * *
Джо не может двигаться. Голова заморожена, он не может смотреть ни в какую сторону, кроме как прямо перед собой. То, что он видит, — как будто через иллюминатор или рыбий глаз камеры, периферийное зрение полностью черное. Перед ним — тот крупный мужчина с третьего этажа, спиной к Джо, только теперь на нём нет пальто. Он без рубашки, и глубокие фиолетовые вены тянутся вдоль всей его тяжело дышащей мускулистой спины в такт усилиям. Тяжёлое дыхание наполняет уши Джо, но он не может открыть рот — не может кричать или звать на помощь. Как будто рот зашили. Он может только наблюдать, как вздымающаяся спина мужчины ходит вверх-вниз, занимаясь чем-то ужасным, чем-то отвратительным, чем-то—