Меранавана подняла негнущиеся пальцы с челноком, встряхнула - вылетела только пара искр.
- У меня нет больше сил, чтобы плести. Я забрала всё из камней, на километры кругом. Ни ветра, ни лучика, и фонарь сейчас догорит...
Она закрыла руками лицо:
- Шелли так старалась, бедняжка! Это нечестно. Последние арахнойцы умрут... Инга, Расни...
Свет слабел. Черные потоки подкрадывались всё ближе. Нити осыпались, незаконченное плетение начало распадаться.
Доктор сжал несколько раз кулак, раскрыл и протянул Меранаване:
- Возьми моё тепло.
Рыжеволосая испуганно уставилась на галлифрейца:
- Сам дрожишь!
- Ты же смогла понизить свою температуру ниже окружающей среды. Сможешь и у меня взять, сколько надо.
- С живыми не так, как с камнями, - она замотала головой. - Но я убью тебя этим!
- Попробуй.
- Ни за что. Ведь ты уникален! Утром прилетит твоя чудесная машина, отправишься путешествовать дальше. Стоит ли жизнь последнего Повелителя Времени спасения горстки дикарей?
- А твоя жизнь, Меранавана-да?
- Я - всего лишь пряха. Даже не в касте Ваятелей, они меня просто подобрали малышкой. Девчонка, одна из многих.
- Нет, не правда. Такой больше нет и никогда не будет. А теперь - тяни!
И она подчинилась. Светящаяся нить из пальцев Доктора поплыла по воздуху, взметнулась и соединилась с серой нитью паутины.
По поблекшему узору прошла светлая волна, бахрома на краях покрывала засияла. Меранавана быстро перебирала плетение, делала широкие взмахи, точными движениями закругляла завитки.
- Поднажми, Шелли!
- Сейчас!
Краем глаза заметив серебрящуюся штанину Доктора, пряха закусила губу. Она его убивает. Каждым движением, с каждым новым миллиметром лучика из челнока.
- Ты по пояс в инее!
Сквозь зубы он выдавил:
- Ничего, продолжай.
- Шелли, не задерживай!
- Да...
Ещё немного, край сужается. О боги Валладариана, что же я творю!
Мощное щупальце врезалось в ткань, отскочило и ударило по незавершенному рисунку.
Меранавана кинула нить потолще, стараясь удержать, не дать порваться плетению. Доктор вскрикнул.
- Извини! Прости. Слишком резко, да?
- Тяни! - голос был едва слышен.
- Знаешь, я ещё никогда никого не убивала. И ты - последнее существо в мире, с которым я бы хотела это сделать.
Обжигающие слёзы катились по щекам, а челнок тянул, вылавливал остатки тепла из оледеневших ладоней.
- Ещё чуть-чуть, потерпи, почти кайма. Черт, я забираю последнее!
Галлифреец рухнул, тело зазвенело о камни. Пряха сделала завершающий стежок.
- Доплели! Мы справились. Доктор!..
По кромке Покрова забегали искры. Ткань вырвалась из рук державших его героев и воспарила, словно снизу бил неудержимый поток.
Одна за другой над холмом прокатывались волны света. Волны начинались от середины, разливались по завиткам и листикам, по вышитым плодам гигантского платана, который как бы укрыл всех стоявших внизу своей кроной.
Продрогшие, уставшие от ужасов арахнойцы с восторгом смотрели на торжество жизни.
Полотно с минуту мигало, а потом засветилось ровно и ярко. Щупальце тьмы попыталось ударить - но рассыпалось, не достигнув узора.
Инга выключила, наконец, отвертку. Мышцы ныли. Под надежной защитой плетеного купола она похромала к друзьям.
Меранавана-да сидела и пыталась кого-то растормошить. От неё веяло, как из открытого холодильника. Иллинойка повернула отчаявшееся лицо:
- Он не может умереть! Он же Повелитель Времени. Такой холодный... Просто надо согреть...
Врач едва оторвала девчонку от лежащего:
- Ты его только больше морозишь, снегурочка!
Подбежал Расни. Вместе обняли пострадавшего, растирали. Инга послушала сердце: в грудной клетке было тихо.
Она провела непрямой массаж - не помогло. Ещё раз. Тишина.
- Похоже, мы его не спасем.
Меранавана всхлипнула:
- Я так виновата...
Красный Кот поглядел на юного медика:
- А ты знаешь, что у старика два сердца?
- Что за чушь?!
- Я слышал двойное биение. Воины нашего племени в полной темноте способны подстрелить крадущегося леопарда по звуку его сердца. Верь мне!
Да этот инопланетянин полон сюрпризов! Так, необходимо внести корректировку в реанимационные мероприятия.
- Расни, помогай!
Они старались поддерживать один ритм. Наконец, пациент дернулся. Раз, другой. Вдруг широко раскрыл глаза и сел.
- Ну и погода! - воскликнул он, как ни в чем не бывало. - Срочно летим на квазар. Иначе не согреюсь. Бр-ррр!
Доктор оглядел недоверчивые лица друзей, которые как бы спрашивали: «Можно уже радоваться? Или рано?» - и рассмеялся. Встал с трудом, потряс за плечи зареванную Меранавану: