Из воздуха вынырнул Ламмер, вид такой, словно и не исчезал из-за стола, только переодеться успел, сказал строго:
– Они не ведали, что творят. Думали, что поступают правильно! В духе тогдашних ценностей.
– Да? Выходит, откровенных сволочей вообще не бывает?
Он с ходу не нашёлся с ответом, а Южанин промямлил:
– Ну не обязательно всё так и говорить в лоб. Поживут порознь, поймут многое, друг перед другом покаются, обольются горючими слезами, обнимутся и пойдут в церковь. Или в кабак, без разницы. Главное, вместе.
– И в ногу, – добавил Тартарин.
– С песней, – подсказал Ламмер. – Приличной! Я сам для них напишу, я сам ещё тот поэт! Шеф разрешит.
Я сказал недовольно:
– Да идите вы, всё в гы-гы превращаете!.. А в самом деле как?.. Мы только теперь начинаем понимать, что Фёдоров поставил перед человечеством не задачу, а просто выдвинул прекраснейшую и благороднейшую идею!.. Но не уточнил детали, а в них, как теперь знаем, спит и видит дьявол госдепа. Получается, воскрешения заслуживают все, даже душители и вешатели? Ведь от них тоже бывали достойные дети, из которых потом менделеевы вылуплялись. Но по мне, как-то не совсем правильно, если воскресим тех и других.
Гавгамел прорычал с угрозой:
– Моя трепетная, как бабочка, душа негодует и вопиёт! А где тогда справедливость и воздаяние по заслугам? Идея Ада и Рая?
Ламмер сказал тем же нравоучительным тоном:
– По закону давности их преступления уже списаны. Так что принимать нужно всех как братьев. И Каина, и Авеля.
Южанин сказал рассудительно:
– С высоты нашего величия они все, которые праведники и не праведники, дураки набитые. Потому и относиться к ним нужно одинаково.
– Как к праведникам? – уточнил Ламмер.
– Как к дуракам набитым, – пояснил Южанин, – только вслух не говори, дураки обидчивы. Вон попробуй сказать Тартарину, что «Спартак» говно, сразу врагом народа станешь!
– Сам ты говно, – возразил Тартарин, – «Спартак» всегда нагибал «Динамо», те просто кони и мясо!..
Ламмер скривился и тут же исчез, оставив за собой небольшое смешение воздуха, даже не стал прощаться, а Гавгамел пробормотал:
– Ладно, преступников можно перевоспитать, хотя сильно сомневаюсь, всё-таки в генетику верю, хоть и не понимаю. Но как с даунами?.. Воскрешать олигофренов, имбецилов и прочих полных идиотов?
Южанин пробормотал примирительно:
– Возможно, зачем-то нужны?.. Чем-то уравновешивают или что-то привносят… Если сингуляры из будущего ретроказуально допустили их появление в нашем времени…
Гавгамел сказал зло:
– Достали с этой ретроказуальностью!.. Нет её!.. И быть не может. Почему? Потому что этого не может быть никогда! Вот вам!.. А у нас задача, что вдруг оказалась сложной, сверхсложной, а теперь ещё и немыслимо сложной!.. Вон шеф вообще молчит, раньше нас понял, но ему совесть не даёт прыгнуть в кусты и сказать, что его тут и не было!
– Не прыгну, – заверил я. – Нас с детства учили держать слово, а дело доводить до конца. Я старомодный.
– И старорежимный, – подтвердил Южанин. – Тебе хоть кол на голове теши. Это хорошо, признак здоровья. Можно и орехи на башке колоть.
– Мы не дети, – буркнул Тартарин. – Хотя дураки ещё те. Да и вообще, как подумаешь, так руки опускаются до колен и ниже.
Южанин уточнил:
– О чём таком подумаешь? Я вот когда насчёт обеда, никогда руки не опускаю.
– Счастливый, – сказал Тартарин. – А вот скажи, мы всё-таки софт или железо?
Гавгамел мощно сдвинул глыбами плеч.
– Мне кажется, всего лишь коряво написанные программы. А то и одна на всех.
Южанин поморщился, сказал плачущим голосом:
– Не начинай. Что за манера говорить гадости таким ликующим тоном? Живём себе в этом… ну в чём живём, и живём. Да пусть в реальности земля хоть на слонах, а те на черепахе, для моей сегодняшней жизни это важно?
– Не думаешь о вселенной, – упрекнул Гавгамел. – Создавала нас, пуп надрывала, для чего? Вот-вот! Чтоб думали и придумывали в поте лица. А не.
Тартарин сказал с тоской:
– Кто знает, для чего?.. И создала ли?
– Ты о чём?
– Да так… А вдруг нас и нет вовсе?
– Но мы же вот они?
– А вдруг нам только кажется?.. Сейчас мир такой, Федя. Всё не такое, как смотрится. И кто знает, какой ты, я ж воспринимаю таким, каким тебя показывает мир… или что там вместо него. А на самом деле сейчас лежишь голый в ванной и занимаешься непотребством. А то и вовсе ты лишь мельтешение квантов. Да вообще всё вокруг одно мельтешение в пустоте. Да и сами мы, как уже знаешь, на девяносто девять пустота, где сиротливо топчется кучка атомов, каждый друг от друга на расстоянии, как Земля от Луны!