— Герои не имеют права делать такие заявления!
— Имеют, - чуть повысил голос Бранд и повторил. - Имеют. От лица героев и в защиту тех, кто уже не может за себя постоять. Порабощать с чьего-либо согласия? Если сегодня мы закроем на это глаза, уже завтра поклонники Бездны будут орудовать среди нас открыто! Несравненный бард Минт Вольдорс - не герой, но входит в мою команду, королева Марена - моя названная внучка и можете не сомневаться, императрица Олесса поддержала меня.
— Дриад надо уничтожать!
Амали сидела и смотрела, вокруг нее, как отметил Бранд, уже начала сбиваться кучка бледных аристократов, тех, кто готов был заслонить ее своим телом, придворных лизоблюдов и просто живых, готовых выполнить клятву о защите, вроде Хранителей.
— А также гномов и поганых троллей, тупых великанов и слишком хитрых людишек и слишком жадных полуросликов, - кивнул Бранд. - Чтобы остались одни только прекрасные эльфы, венцы творения, да и то, темных тоже можно перебить за то, что слишком темные.
Сарказм Бранда пропал впустую, многие кивали, похоже полагая, что он говорит всерьез.
— И все же это произвол, тайное проникновение...
— Многие правители думали, что им все можно, если они закроют границы и спрячутся за щитом из живых подданных, - скучающим голосом перебил Бранд. - Они ошибались, конечно.
Щит из живых подданных только сплотился сильнее, закрывая собой Амали.
— Я не буду прятаться! - горделиво заявила Амали. - Расступитесь!
За неполный год она неплохо подняла уровни профессии королевы и связанные с ней умения. Даже те, кто не хотел уступать - подчинились. Амали поднялась, шагнула вперед, на мгновение уравнявшись с матерью, которая умела выглядеть величественно и грозно в чем угодно и даже обнаженной.
— Титул Защитницы Леса дается не зря, и я защищу Алавию, как ее защитила моя матушка, Светлейшая!
— Да, защитим Алавию!
— Сплотимся вокруг королевы!
— Что это за претензии со стороны одного героя?!
— Не допустим!
— Не ему смещать нашу королеву!
— У нас не Стордор, не допустим суда героев!
Бранду говорили, да он и сам ощущал вокруг, что Амали не слишком-то любят. В то же время, в подобные мгновения она демонстрировала талант к манипуляциям, как у матери или просто следовала ее урокам. Слова про суд героев вызвали у Бранда легкое удивление, но обернувшись, он увидел причину. Лана Молния двигалась, раздвигая толпу, словно огромный и выпуклый зеленый корабль среди бледных плоских лодок и подданные Амали обстреливали ее убийственными взглядами. Взгляды не могли пробить кожу Ланы, обнаженную до пояса, то ли в пику эльфам, то ли потому, что она только что побывала в родной степи.
Следом за ней двигался Ролло, как всегда спокойный до безобразия.
— Великий хан поддерживает Алмазного Кулака и осуждает действия королевы Алавии!
— Король Дарнии Дариус Двенадцатый присоединяется, - добавил Ролло, демонстрируя похожий свиток.
Добавить сюда Урдар, связанный со Стордором выгодными контрактами и Копыто Жеребца, которых мог поднять Минт, взывая к дружбе с Дж'Онни, да дриад Бесконечного Леса, и Алавия, по сути, оказывалась в кольце враждебных стран. Причем стран, поддержанных империей Турсы, способной в один прыжок через Пенное море добраться до дриад и через них до Алавии.
Амали побледнела, шумно сглотнула, схватилась за живот и лицо ее исказила гримаса боли.
— О нет! О нет!
Расступись-ка ты народ
Бард к жене своей идет!
Эльфов разбросало в стороны, не хуже, чем от воздействия Волей. Амали увидела Минта, бегущего к ней, и лицо ее окончательно перекосило, словно она уже рожала.
— У нее преждевременные роды, как у Марены! - орал Минт, падая на колени перед Амали. - Целителей сюда, целителей, держись, ты слышишь меня, сын, держись!
Халат уже был распахнут, бесстыдно являя всем вздутый живот и Минт орал прямо в него. Эльфы отводили глаза, Амали не спешила запахивать халатик, но лицо ее продолжало сводить гримасами.
— Разве у королевы не дочь? - спросил кто-то робко и недоуменно.
— Да ты что несешь? - закричал Минт в толпу, размахивая руками. - Какая еще дочь, когда я точно вижу, что это сын!
Он повернулся к Амали и снова заорал в живот:
— Сын, даже если ты дочь, все равно держись! Держись! Ну же, где целители?! Что, никого нет? Тогда я сам спою! Давай, сынодочь, держись, ты же старший и скоро у тебя будет еще три или четыре братика!