Затем он оказался возле Орданы, завис напротив и добавил:
— А будешь раскрывать клюв на Бранда, вызову на поединок и вобью в землю по самую макушку!
— Буду! - с вызовом бросила Ордана.
— Тогда поединок в небе! Клюв на клюв, прямо сейчас!
Они начали уменьшаться, взлетая выше, а Шадрон обернулся к Бранду, собираясь что-то сказать, скорее всего извиниться за Ордану или уточнить насчет дерева. Но вместо этого демонолог наклонил седеющую голову и произнес почтительно:
— Ваше Величество.
Громоптах притащил с собой императрицу Олессу, похоже поспешившую сюда прямо с заседания правителей. Изящное в своей простоте платье-сарафан, едва ли не потрескивающее от магии, встрепанная прическа, раскрасневшееся лицо и бездонные синие глаза, пожирающие взглядом Бранда.
Не успел сбежать в горы, подумал он с легкой иронией, кивая и произнося вослед за Шадроном:
— Ваше Величество.
— Олесса, мы же договаривались, - сверкнула императрица глазами и сказала. - Нам надо поговорить, Бранд.
Глава 21
Полог походного шатра упал, отрезая их внешнего мира.
— Я слышал, у тебя непростые отношения с аристократией империи, - сказал Бранд первым.
Теми, кто обладал профессиями правителя. Некоторые вещи, привычные с детства, воспринимались как данность, и только сейчас он задумался, а почему профессия правителя всегда становилась основной, вопреки всему остальному? У обычных живых основная профессия и поднимаемые ей Атрибуты менялись, в зависимости от рода деятельности, и только у правителей все отличалось. Олесса могла бы махать саблей до изнеможения, но не стала бы Воином, Марена, например, могла нести справедливость без сна и отдыха, или стоять у горна, но ее профессии паладина Эммиды или Кузнеца, так и остались бы второстепенными.
Контроль над живыми, пирамида власти, в которой богам достаточно было соблазнить и приблизить к себе правителя, чтобы уже он управлял обычными живыми. При этом сама профессия ограничивала правителя и в то же время звала его искать больше власти и силы, то есть вела к богам. Демоны, скорее всего, тоже закладывали что-то или просто свели все к Проклятию и жажде уровней и власти, подтачивающей живого изнутри.
— Тех, кто посмел бы выступить против идеи закрытия Провала, разорвали бы свои же подчиненные, но, к сожалению, настолько глупых аристократов не нашлось, - ответила Олесса почти сразу же.
Как и в прошлую их встречу наедине, присутствовал зачарованный стол, еда и питье, а платье Олессы выгодно подчеркивало ее фигуру.
— Они умны и потом ждут, - сказала Олесса. - Если битва у Провала закончится провалом, то они выскажут мне сразу за все, за отказ в выборе мужа, за войско Великой Степи, пропущенное через земли Империи, за погибших в битве и ссору с Алавией. Но так как битвой руководишь ты, Бранд, то я уверена в успехе и не сомневайся, поддержу тебя всеми силами империи!
— А если я все же не справлюсь? - спросил Бранд.
Похоже, сбить словесно Олессу не удалось, впрочем, тут требовался скорее кто-то вроде Минта. Обычного живого Бранд еще смог бы увести болтовней в сторону, но не императрицу, тем более влюбленную императрицу, похоже определившуюся со своими действиями.
— Тогда и все остальное не будет иметь смысла, - просто ответила Олесса.
— Вряд ли разумно...
Бранд хотел напомнить, что скоро умрет, что не стоило ставить судьбу империи в зависимость от одной битвы. В империю он завернул случайно и, если бы он не заехал в Твердь, то любовь Олессы так и не проснулась бы, и она выбрала бы себе мужа и правила спокойно. Бранд хотел напомнить Олессе, что жизнь шла и без него, и продолжится без него, и не стоило так надрываться, но жизнь немедленно напомнила ему, что слова и уговоры не его стихия.
— А любовь вообще неразумна! - крикнула Олесса, ударяя рукой по столу.
Тот треснул и сломался пополам, еда рассыпалась, покатились в разные стороны фрукты и земля жадно начала поглощать напитки.
— Кто сказал, что только герои могут идти наперекор всему и добиваться своего?! - звон голоса вскочившей Олессы оглушал и рвался за пределы шатра. - Кто сказал, что нужно сидеть и ждать, пока герой вернется?! Говори, Бранд, говори, что еще нужно сделать для успеха твоего дела!
Бросить вызов небесам и свергнуть богов в Бездну, чтобы они взаимно уничтожились, подумал Бранд, но вслух, конечно же, не сказал. Если бы Ордалия не подарила ему свою книгу, самое время было бы попросить Олессу о какой-нибудь священной реликвии, благо в Турсе почитали не одного, а сразу трех богов превыше прочих.