— А если я скажу, что надо сидеть в стороне и ждать? - спросил он спокойным тоном.
Олесса стояла напротив, прекрасная в своем гневе, напоминая Светлейшую, которая, бывало, закатывала и более грозные и громкие сцены.
— То я тебе не поверю! Войска империи составляют две трети воинов у Провала! Если я уведу войска, героев, демонологов, то кто будет сражаться?! Закрытие опять провалится и погибнет еще больше живых! Или...
— Или что?
— Ты пытался проникнуть в тайну хозяина подземелий, который вызвал Прорывы Бездны в половине стран Мойна в прошлом году, - ответила Олесса чуть напряженным голосом.
Показной гнев и крики ее стихли, теперь она размышляла, устремляя все силы на то, чтобы разгадать эту тайну, помочь Бранду или как-то поддержать его, приобщиться, помочь делу. Если бы Олесса испытывала такую же страсть к подвигам и защите живых, из нее вышла бы великая героиня, подумал Бранд.
Красота Олессы, ее формы, подчеркнутые платьем, все еще вызывали отклик в Бранде, хотя и меньше, чем в прошлый раз. Деградация брала своё и в этом вопросе, несмотря на героическую борьбу "Адаптивного Сопротивления" с ним.
— Тайна завладела тобой? Нет, исключено, с тобой Скрытник, чемпион Серканы, он бы заметил!
— То есть я не могу стремиться к Прорыву? - спросил Бранд.
— Только не ты! Алмазный Кулак всегда защищал живых, вставал на пути демонов и Проклятых, ты побеждал там, где победа казалась невозможной! - Олесса почти кричала, сжимая кулачки.
Остановилась и провела рукой по лицу, беря себя в руки.
— Ты собираешься заманить демонов Бездны в ловушку, - произнесла она торжествующе. - Подманить, истребить и затем уже закрыть Провал, когда у них не останется сил, чтобы тебе помешать!
Бранд только покивал, думая о том, что это очень хорошая история для прикрытия. Вранье, но хорошее, такое, в которое готовы были поверить живые, как дриады поверили, что он вырастит для них Перводерево и даст возможность вернуться к богам.
— Для этого нужно будет много войск, героев и демонологов! Банки Золотого Круга уже предложили свою помощь и предоставили деньги, это тоже твоих рук дело?
— Немного, - не стал отрицать Бранд.
Минт задел его словами, достучался до сердца. Олесса тоже пробила наросшую за годы броню или ей подсказало влюбленное сердце, изъясняясь терминами бардов? Пусть ее помощь и мешала, вредила, но это не отменяло того факта, что Олесса искренне пыталась помочь. Прилагала все силы ради общего дела, не ради того, чтобы добиться тела Бранда, и это задевало Кулака. Понуждало его ответить помощью на помощь, но что он мог предложить Олессе кроме своего старого тела и близкой смерти?
Детей? Но всю жизнь Бранд их избегал, а уж теперь, с такой-то деградацией!
— Я знала! - торжествующе вспыхнула Олесса. - Не мог ты желать смерти всем живым, как...
— Что как?
— Как тебя пытались опорочить в последние месяцы.
За этими почти спокойными словами стояла целая буря и, скорее всего, куча смертей.
— Я бы даже сказал, успешно опорочили, - задумчиво ответил Бранд, припоминая историю с судом героев.
Противодействие богов и их служителей? Как-то слабо. Демоны и их прислужники? Возможно. Из-за истерики Орданы не договорил с Шадроном, не сказал ему, что надо достучаться до Бездны и Бальбазара, подманить демолорда на имя Бранда. Может и к лучшему? В деле, затеянном Брандом, не было готовых рецептов и схем, опробованных другими героями, никто еще не творил подобного и оставалось только гадать, что же лучше.
— После закрытия Провала уже никто не посмеет раскрыть рта!
— Посмеют, еще как посмеют, - вздохнул Бранд.
Он наконец-то разобрался в том, что творила Олесса. Подруга и помощница, если не героиня, прикрывающая спину, властная и сильная. Такие всегда нравились ему, вспомнить хотя бы Светлейшую и Имрану. Помять горячую кухарку в углу — это одно, а вот жить рядом и долго - совершенно другое.
Олесса верила в его успех, а верил ли он в него сам?
— Впрочем, это неважно. О чем ты хотела поговорить?
— О том, чем я могу помочь тебе.
— И все?
— Все остальное уже прозвучало в прошлый раз, - улыбка Олессы выглядела вымученной, - и ты отказался, Бранд. Шантажировать тебя уводом войск? Отказом от помощи? Кем ты счел бы меня тогда?
— Да, в этом ты права, - задумчиво изрек Бранд.
Жизнь его сложилась так, что он никогда не стремился ни к семье, ни к детям. Более того, избегал их всеми силами и ни одна из женщин, с которыми он жил или проводил одну ночь, этого так и не изменила. Собственно, не было смысла что-то менять перед смертью, да еще в разгар деградации, но Бранд не мог избавиться от мысли, что он сам не верит в свой успех.