Он должен был быть здесь, рядом с ней. Они имели полное право провести эту особенную ночь вместе. И она сейчас должна была бы уверенно ждать любимого, а не надеяться на чудо. Должен, должны, должна. Время текло убийственно медленно, сон никак не приходил. Выматывающее все силы напряжение никак не спадало.
Потянувшись за телефоном, Кирстен чуть не уронила со столика настольную лампу. Она назвала оператору номер и принялась ждать, невольно считая, один за другим, раздававшиеся в трубке щелчки набора. Наконец она услышала ответ оператора, сообщившего, что абонент на линии и можно говорить.
— Джеффри! — прокричала в трубку Кирстен. — О, Джеффри, как я рада, что застала тебя! Мне просто необходимо было услышать твой голос.
Двумя этажами выше номера Кирстен Майкл и Роксана тоже не спали. Они держали друг друга в объятиях, но между супругами встала стена тягостного молчания. И хотя никто из них не упоминал имени Кирстен, она все же незримо присутствовала в комнате. И было невозможно избавиться от этого ощущения. Роксана даже не пыталась закрыть глаза, потому что, как только она это делала, сразу же видела вместе сначала — Майкла и Кирстен, а потом — отца и кузину Клодию.
В детстве Клодия получила любовь отца, в которой Роксане было полностью отказано. Перед ее взором пронеслись сцены, в которых отец берет Клодию за руку, ведет гулять, сажает к себе на колени. Дарит племяннице то, чего никогда не дарил собственной дочери. Вот Клодия — взрослая женщина. Теперь уже она берет отца за руку, и они шепчутся и смеются чему-то известному им одним. Вот Роксана случайно застает их в потаенной комнатке за винным погребом, которую девочка считала единственным, только ей принадлежащим, укромным местечком в доме. Роксана видит голого отца с голой Клодией у него на коленях. Видит, как кузина двигается вверх-вниз, словно оседлала одну из деревянных лошадок с карусели, установленной во дворе. Видит, как Клодию изгоняют из дома, но не из их жизни — любовь отца навсегда была отдана Клодии, а не Роксане.
Она тяжело вздохнула, и Майкл нежно обнял жену. Но Роксана не ответила на порыв мужа. Она лежала бесчувственная и испуганная. Неужели ей уготована доля делить Майкла с Кирстен, как когда-то она делила отца с Клодией? Роксана изо всех сил пыталась остановить беспрерывно льющиеся слезы, но не смогла. Она испытывала такую боль, что почти хотела умереть. И так оно и будет, если Майкл разлюбит ее.
Майкл был в совершенном отчаянии, видя страдания Роксаны. Ему самому было в пору заплакать — во всем он винил только себя.
17
— Ты вконец избаловала нас, carissima, — протестовала Жанна, в то время как Эмиль проверял, хорошо ли закрыты дорожные чемоданы. — В прошлом году мы ездили в Скандинавию, полгода назад совершили круиз по Карибскому морю, а теперь ты снова посылаешь нас на месяц в Европу. Это уже слишком.
— В самом деле? — Глаза Кирстен сияли от удовольствия. — С тех пор как мне удалось наконец освободить вас от изнурительной службы, должна же я чем-то занять вас?
Эмиль обнял дочь и поцеловал в макушку.
— Ты просто бесподобна, Кирсти. — В голосе отца звучала необыкновенная нежность. — Но мама права, это действительно слишком.
— Нет, не слишком, папочка. И никогда не будет слишком. — Кирстен приподнялась на носках и ласково поцеловала отца в щеку. — Кроме того, это не просто путешествие, это празднование. Ты что, забыл? Ведь у вас с мамой на следующей неделе сороковая годовщина со дня свадьбы.
В ответ на эти слова Жанна шутливо погрозила дочери пальцем:
— Не пытайся меня провести. Настоящая причина, по которой ты отправляешь нас подальше, в том, что ты хотела бы остаться наедине с Джеффри.
— Мама! — Кирстен ужасно покраснела.
— Жанна, ты ее смущаешь. — Эмиль перехватил грозящий палец жены, но Жанна продолжала упорствовать:
— А кто в мое отсутствие будет убирать дом и следить за твоими вещами?
— Марта.
Марту Кирстен наняла сразу же, как только они переехали на новую квартиру.
— К тому же большую часть месяца меня не будет дома. Так что, мама, пожалуйста, перестань за меня беспокоиться. Сейчас ты прежде всего должна почувствовать себя невестой, отправляющейся в свадебное путешествие. Папуля, — Кирстен умоляюще сложила ладони, — ради Бога, вызови по телефону лимузин, пока ваше путешествие не закончилось, так и не начавшись.