— И что с ними стало?
Тишина ответила ей.
Марк продолжал водить пальцами по панели, пока не наткнулся на файл с более подробной информацией. На экране появилась запись с заметками главного инженера:
«…попытка эвакуации… сбой систем навигации… корабль потерял управление и вернулся к поверхности планеты… посадка невозможна… авария неизбежна…»
— Они пытались улететь, — произнес Марк, его голос дрожал от напряжения. — Но система навигации их подвела. Корабль просто развернулся и врезался в планету.
Лена закрыла лицо руками, ее дыхание стало тяжелым.
— Значит, они знали, что это конец, — сказала она, опустив руки и уставившись на экран. — Они были так близки к спасению, и всё рухнуло в последний момент.
Джон оглянулся на них, пытаясь сохранить самообладание.
— Мы должны понять, почему система отказала. Это может значить, что нас ждет то же самое, если мы попробуем покинуть планету.
Сара, которая внимательно слушала разговор, нервно сжала кулаки.
— Значит, что бы мы ни делали, мы должны быть готовы к тому, что нас могут ждать те же ошибки.
Комната замерла в тревожной тишине.
— Но если они не смогли, почему мы думаем, что у нас получится? — Сара нарушила молчание, её голос дрожал, но в нём звучал вызов. — Что мы вообще знаем о причинах этой катастрофы?
Джон нахмурился, переводя взгляд с экрана на остальную команду.
— Мы знаем больше, чем они. У нас есть их записи, их ошибки. Если они допустили промахи, мы их учтём.
Марк скрипнул зубами и отвел взгляд к треснутому окну. Темное небо за пределами корпуса казалось тяжелым, словно угрожало раздавить их.
— Учтём? — его голос звучал горько. — Мы даже не знаем, работает ли наша связь с кораблём. Если планета способна разворачивать корабли, как игрушки, у нас могут быть и большие проблемы.
Лена тихо шепнула, почти сама себе:
— Вопрос не в том, получится ли, а в том, что нас ждёт, если мы не попробуем.
Сара задумалась над её словами, и в комнате повисло молчание.
Джон кивнул, его лицо напряглось.
— Нам нужно всё перепроверить. Восстановим систему навигации, попробуем найти записи, которые смогут объяснить, что именно произошло в момент их выхода на орбиту. Может быть, мы сможем найти следы вмешательства или сбоя в системе.
Марк встал с места и принялся нервно шагать по комнате, его глаза метались по остаткам приборов и поломанным панелям.
— А если причина не в системе? Если всё дело в… — он запнулся, не закончив мысль. Взгляды остальных мгновенно устремились на него.
— В чём, Марк? — спросила Лена, чувствуя, как внутри холодеет от его выражения лица.
— В этой планете, — тихо добавил он, обводя взглядом металлические стены, которые, казалось, поглощали звук его слов.
— Это всё возвращается к тому, что с планетой что-то не так, — настаивал Джон, постукивая пальцами по пыльному монитору. — Она сошла с орбиты, и это явно не просто так. Мы должны выяснить, что вызвало этот сбой, иначе наш шанс выбраться будет ничтожно мал.
— И что ты предлагаешь? Сидеть здесь и гадать, что пошло не так? — взорвался Марк, его лицо покраснело от злости и усталости. — Нам нужны конкретные данные, а не догадки! Хватит пустых разговоров.
— Прекратите, — Лена шагнула вперёд, пресекая нарастающий спор. Её голос, хотя и дрожал, звучал твёрдо. — Мы не продвинемся ни на шаг, если будем продолжать ссориться. Джон прав, нужно найти записи, которые помогут нам понять, что произошло. Если они задокументировали хоть что-то о причине или попытках справиться с этим, у нас будет шанс.
Марк опустил глаза, тяжело дыша. Тишина в помещении была оглушающей, и каждый прислушивался к шорохам и звукам, которые раздавались снаружи. Мрачное, неравномерное освещение добавляло давящей атмосфере ещё больше гнетущего чувства. Тени плясали по стенам, создавая иллюзию движения.
— Допустим, мы найдём эти записи, — произнесла Сара, потирая виски, как будто борясь с головной болью. — Что дальше? Они могут быть неполными, или написаны так, что мы не сможем их расшифровать. Мы даже не знаем, была ли работа над проектированием курса завершена или всё закончилось провалом.