Я успел забыться в компании остроухой троицы, за несколько месяцев пути. Им, да и большинству в нашей маленькой армии, было наплевать как я выгляжу. Из головы успело выветриться что кроме крылатых коротышек, четырёхркуких великанов и ушастого народа, со своими отличительными чертами, люди были сплошь смуглыми, черноглазыми и темноволосыми. Помнится в первые несколько недель меня здорово поколотили...
Мы незаметно углубились в город и вскоре вокруг стало не протолкнуться, толпа галдела и толкалась, Ахру все старались обойти, в то время как меня грозились просто затоптать. Мы вошли на рынок… Но женщина тут не задержалась, не слушая выкрики и предложения выкупить у нас шкуры. Рынок постепенно превратился в торговую улицу со множеством лавочек и питейных заведений, харчевен и постоялых дворов.
Людей на этой улице было крайне мало, помимо всего прочего жители двигались размеренно, разговаривали между собой сдержанно и выглядели на порядок опрятнее. В одну из лавочек мы и вошли, здесь царил запах шкур и уже выделанных вещей. На полках и подставках красовались местные изделия из кожи, меха, тканей и даже металла. За прилавком сидел сгорбленный старичок, весь сморщенный, в потёртом фартуке, он ловко и умело в четыре руки мастерил что-то прямо на прилавке.
Их с Ахрой разговор я слушал в пол уха, они немного поторговались, и старик щедро отсыпал в новенький кожаные мешок пяток желтых витражей, и с десяток белых. Сгрузив на прилавок нелёгкую ношу, двинулись дальше.
Передвигаться пешком целый день, да под тяжестью шкур, было тем ещё удовольствием, по тому я сейчас хотел только поесть, помыться и поспать. Пока мы шли дальше, улицы погружались в темноту и жители начали повсюду зажигать масляные лампы и иногда магические фонари.
Тёплый желтый свет не бил по глазам, давая зданиям вокруг загадочные очертания и тени. Мы остановились у одного неказистого домика в три этажа. Что по местным меркам весьма прилично, но вот глядя на вытесанные в камнях башни и замок, я засомневался…
Ничем примечательным это место не отличалось, мы поели, Ахра всё оплатила и вскоре мы оказались в комнатушке с одной койкой, здоровенной бочкой в углу и плохенькой мебелью в виде пары стульев, столика и одного сундука у изножья кровати... Пара остроухих девчонок споро таскали кипяток в вёдрах, наполняя ёмкость. Они же за пару белых витражей принесли два отреза чистой ткани, душистое мыло с грубыми мочалками, словно из чёсаного лыка связанных и пару длинных рубашек да забрав всю нашу одежду что бы почистить. Пастель была уже застелена, кровать была целиком из жесткого дерева а матрас был набит какими то растениями, ни как не прибавляющими мягкости, пара таких же подушек да колючих одеял, постельное хоть и чистое но старое и из грубой жесткой ткани… Но всё куда лучше, чем спать на морозе в лесу, устилая голую землю чем придётся да шкурами сверху.
Стеснения давно отпали, мы сидели в огромной бочке на лавочках внутри неё и усердно мылись, натираясь грубыми мочалками до красноты, даже сероватая кожа Ахры порозовела, что случалось крайне редко.
Внутри было как-то пусто, я смотрел в никуда просто расслабившись в ещё не остывшей воде и ленно размышлял, пока женщина расплетала и промывала свои длинные серые волосы. Что ж, сегодня я окончательно и бесповоротно убедился, что этот мир не то, чтобы не развит, он идёт своим путём, совершенно отличным от нашего и тех, которые мы бы сочли успешными или благоприятными. Да, совершенно определённо здесь много лет или даже сотен лет, назад, произошло нечто катастрофичное, изменившее всё…
Сейчас я уже не был так уверен, что могу что-либо изменить здесь или на что-то повлиять, было много вопросов, на которые я ни у кого не смогу узнать ответы. Ахра с плеском выбралась из воды, заворачиваясь в тонкую ткань. Расслабленность как рукой сняло, всё-таки она красивая женщина.
-Скажи, что ты планируешь делать дальше?
Молчит, как всегда. Только сжавшееся вокруг большого пальца кольцо даёт понять, что бы я заткнулся. Выбираюсь следом, быстро обтираюсь, одеваюсь и сушусь магией. Женщина вымученно смотрит, промакивая волосы уже сырой тряпкой.
-Ты надоедаешь.
-Что поделать, такой я человек.
-Тогда я понимаю, как ты попал в рабство.
Вот ведь… Вздох, сажусь за её спиной и отбираю волосы, начиная сушить их как в прошлый раз:
-Что будем делать завтра?