Сам лес интереса не вызвал, что-то хвойное, чахлое и невнятное. Хоть стволы деревьев и внушительные, но вот кусты и редкая трава выглядят совсем жалко.
Тряслись мы ещё не один час, прежде чем остановились на отдых. Со мной никто не церемонился, дождь почти стих, по тому быстро переговорив, группа разбрелась, все в разные стороны. Меня так и бросили на одной из птиц у очередного валуна.
Всё тело давно затекло, онемело и местами было натёрто о жёсткую луку седла. Влажные вещи неприятно холодили, я не знал когда вернутся эти трое, по тому решил действовать. Полностью расслабившись, я, слегка ёрзая сполз по боку скотины на землю, свалившись кулем в грязь. Но это ничего, хуже уже не куда.
Сцепленные руки побегу и выживанию не способствуют, по тому я постарался вывернуть запястья, благо их изначально никто не затягивал, по тому я лишь слегка ободрал старые коросты.
Посидел, прислушался, присмотрелся к пространству вокруг и с трудом размяв ноги, наконец поднялся. Схватив со спины животины сумку с пожитками одного из мужчин, я рванул в лес.
Ядовитый воздух свободы пьянил, плевать на дождь, на боль, на страх и на… Додумать я не успел, хоть и передвигался короткими перебежками, хоть и смотрел по сторонам и под ноги, вертел головой как сумасшедший, а вляпаться в какое-то дерьмо всё равно умудрился. Липкое и вязкое нечто потянулось за босой ногой, а сбоку кто-то зловеще заклокотал, неумолимо приближаясь ко мне. Подумал, пронесёт, прижался спиной к стволу дерева и постарался унять бешено колотящееся сердце, да куда там, моё сопение пол леса слышало, не меньше.
Бросило в дрожь, когда зубастая пасть смолянисто-чёрной твари вынырнула из белёсого облака, от страха затряслись поджилки и внутренности. Резко дёрнулся в сторону одновременно с тварью, она врезалась мордой в ствол дерева, туда, где долю секунды назад был я, растерянно встряхнулась и утробно заклокотала. Бежать…
Не глядя под ноги и не разбирая дороги, я понёсся обратно, петлял меж деревьев, тратя последние силы на крутые манёвры и стараясь протолкнуть воздух в лёгкие, дыхание давно сбилось и горло царапали страшные сухие хрипы. Взвыл на всю округу, когда в спину впились острые иглы и меня сбил на землю мощный толчок. Благо тварь по инерции пролетела вперёд, взрывая землю когтистыми лапами и разворачиваясь ко мне для очередного рывка. Я судорожно вскочил и пополз назад, не отводя взгляда от страшного существа. Клокот усилился, я упёрся в корни массивного дерева и уже больше просто не успевал куда-либо увернуться. Понимал это и хищник, медленно приближаясь ко мне.
В висках стучала кровь, я застыл от ужаса, во всех подробностях рассмотрев за эти долгие мгновения чёрную морду, но тут произошло неожиданное… Бесшумная тень выскользнула из тумана, даже не всколыхнув белёсое марево, взметнулся меч, и голова существа с раззявленной пастью упала мне на колени, щедро поливая меня кровью. Туша твари упала следом.
Девушка, это снова была она, своими непревзойдёнными навыками она только что спасла меня от верной гибели. Трясущимися руками откинул голову в сторону и подтянул к себе ноги, пытаясь встать, но соскальзывая обратно в багровую лужу. Она пару секунд посмотрела на меня и проговорила:
-Хорошая приманка, будешь есть с нами.
Сноровисто подвесив тушу зверя на одной из веток, она принялась за её разделку… После всего пережитого, вид и запах потрохов меня просто добил, я был близок к тому, чтобы выблевать свою последнюю скудную трапезу, но просто потерял сознание. В себя пришёл на плече одного из мужчин, на втором он нёс освежёванную тушу. Пока болтался вровень с мясом, мы вышли к небольшому пространству у дороги, тут уже горел огонь и неподалёку глодали ветки каких-то кустов ездовые птицы.
Меня скинули на землю как мешок с дерьмом, так я и просидел до того момента, пока один из мужиков не отволок меня к ручью, меня раздели и бросили в ледяную воду:
-Мойся, воняешь.
Стуча зубами, я натирался какой-то жесткой тряпкой, словно с соседнего дерева сняли луб и связали на коленке в мочалку. Но я не жаловался, хоть и едва не пускал слёзы от боли, смывал и сдирал с себя грязь и всё что могло ещё быть на мне, по тому, что вообще не помнил, когда в последний раз мылся в этом мире.
Стоило промыть отросшие волосы, как мужчина уставился на меня, рассматривая и так, и эдак. До этого я вымазал их в саже, и они были серые, но стоило её как следует смыть, и в беспокойном ручье задрожало моё отражение. Кроме серых глаз и светлых волос я сейчас сам себе мало напоминал того человека что прибыл сюда всего-то полгода назад.