Но я не стала терять время.
Пока Виктор, которому досталось больше всех, шатался на месте, дезориентированный, я бросилась вперёд. Механические пальцы намертво впились в его плечо, я резко развернула его от Демиана, встала сзади и приставила ствол «Увещевателя» к виску.
— Не шевелись, — прорычала я ему в ухо. — Ты сейчас же впустишь меня туда, или я прострелю тебе башку, ублюдок.
Он не сопротивлялся. Наоборот — тихо засмеялся. Этот спокойный, уверенный смех заставил меня содрогнуться.
— Браво, — произнёс он без тени страха. — Отличный тактический ход. Но что это тебе даёт?
— Ты издеваешься? — я сильнее прижала ствол. — С жизнью хочешь попрощаться?
— Ты допустила грубую ошибку, Веритас, — сказал он, и его слова прозвучали так, будто он читает лекцию. — Мне не нужен постоянный зрительный контакт, чтобы контролировать тебя. Достаточно было установить его в тот момент, когда я вошёл.
Я почувствовала, как моя правая рука, державшая пистолет, внезапно ослабла. Пальцы сами собой разжались. Я попыталась сжать их снова, но рука не слушалась. Медленно, против моей воли, она отвела ствол от виска Виктора и опустилась вдоль тела.
— Что… — я попыталась вырваться, но тело не повиновалось. Ноги отступили на шаг, отпуская Виктора.
Он плавно выскользнул из-под моего ослабевшего захвата, поправил форму и обернулся ко мне. Его лицо оставалось спокойным, лишь на лбу выступили мелкие капли пота — единственный признак напряжения.
— Я не хотел этого делать, — сказал он. — У меня нет желания контролировать тебя, это куда утомительнее, чем управлять обычными людьми. Поэтому я просто возьму в заложники отца Демиана. Так будет проще.
Я обернулась. Демиан стоял неподвижно, его лицо было пустым и бесстрастным. Но я разглядела: его челюсть сжата до хруста, мышцы на щеках дёргались. Его руки медленно, механически подняли дробовик… и приставили приклад к собственному подбородку. Палец лёг на спусковой крючок.
— Нет! — вырвалось у меня. Я была уверена, что, избежав зрительного контакта, мы с ним справимся.
— Убери оружие, Веритас, — голос Виктора прозвучал ровно, но в нём появилась лёгкая, леденящая нотка. — И никакой самодеятельности. Иначе я прикажу ему выстрелить.
Я застыла, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Рука вернула себе контроль, и я, нехотя, убрала «Увещеватель» в кобуру. Затем вывернула карманы, показывая, что других гранат у меня нет.
— Но… я думала, ты не можешь… — прошептала я, глядя на Демиана. Его глаза были остекленевшими, но в глубине зрачков бушевала буря — ярость, паника, бессилие. Он боролся. Изо всех сил.
— То, что Даймон не соврал тебе? — Виктор мягко улыбнулся. — Ну, в какой-то степени нет. Если бы ты кинула гранату сразу, как я вышел, у тебя был бы шанс. Постоянный контакт мне нужен лишь с тварями… точнее, с их истинной ипостасью.
Истинной ипостасью? Что он имеет в виду? Бывают и другие твари?
Я хотела спросить, но в этот момент массивная дверь снова открылась. Из неё вышел Даймон, ведя за собой И’рика.
И’рик был бледен, его глаза широко раскрыты от страха. Увидев меня, он дёрнулся в мою сторону, но большая рука Даймона, лежавшая на его плече, сжалась, остановив его. И’рик взвизгнул от боли.
— Ублюдок, — я рыкнула в сторону Даймона, ненависть закипела во мне с новой силой. — Ты всё рассказал. Гребанный лжец.
Даймон невозмутимо посмотрел на меня. Его лицо, как всегда, было каменным, но в глубине карих глаз мелькнуло что-то… усталое. Почти сожалеющее. Но это не погасило моих чувств. Я и не надеялась на его честность, но всё же чувствовала себя преданной.
— Прости, Веритас, — произнёс он глухо. — Ты не поймёшь. Но это для твоего же блага. Я сказал лишь потому, что Виктор заметил его в камере, когда… работал над останками слизняка. Связать его с тобой было несложно.
— И сдать меня инквизиции было самым разумным? — мой голос сорвался, стал хриплым и напряжённым. — Вы, блядь, представляете, что она со мной делала? Это действительно было так необходимо?
На лице Даймона на пару секунд проскользнуло что-то похожее на боль. Но оно тут же исчезло, и я решила, что мне показалось.
— Было бы гораздо хуже, если бы она узнала, что ты работала на нас и чем мы на самом деле занимались, — ответил он просто.
— Так это правда? — я перевела взгляд на Виктора. — Вы работаете на Кассандру?
— Это она так думает, — ответил Виктор, подходя вглубь комнаты к пульту управления. Мы с Демианом не заметили его, когда зашли — он был скрыт за выступающей бетонной колонной. — На самом деле мы работаем на себя. Она лишь думает, что я пытаюсь воссоздать устройство для контроля Разрывов. И платит за эту иллюзию.