— Останавливать? Ту тварь?
— Да. К тому моменту она уже насытилась и стала... более вменяемой. Мальчика она не тронула. А к его приёмным родителям... по моей просьбе... проявила особую жестокость.
От этих слов у меня по спине пробежал холодок.
— А потом пришла ты, — закончил он. — И мы не успели решить, что делать дальше. Из памяти Мэтта у меня было смутное представление об экзорцистах, поэтому я решил спрятаться и наблюдать. Ну а дальше... ты всё и сама знаешь.
Да. Остальное я и вправду знала. И понимала, что он не просто умен. Он хитер и опасен.
— И как ты собираешься действовать, если ничего о себе не помнишь? — спросила я, садясь на место.
— Я верну свою память.
— Но как?
— Когда я нахожусь рядом с другими... существами... ко мне возвращаются обрывки воспоминаний. Так было в том доме. От той твари я кое-что почувствовал.
— И что же?
— Я вспомнил своё имя. Меня зовут И’рик.
Интересное имя. Я о таком раньше не слышала. Возможно, оно древнее, чем я думала. В голове, словно заезженная пластинка, заскрипели одни и те же вопросы: что мне с ним делать? Куда девать? Кому показать?
Ответ был один — никому. Сдать его я точно не могла. Даже если бы для меня не было никаких последствий, — Церкви я категорически не доверяла. Они не стали бы разбираться. Они бы его убили или замучили, а вместе с ним и пацана. А вместе с ними — и единственный шанс понять, что на самом деле происходит с этим проклятым миром. И'рик был живым и разумным человеком или существом. Пока я не могла исключить ни первое, ни второе.
Молча, чувствуя, как внутри что-то с треском ломается, я протянула ему шоколадку. Словно заключала сделку с самой собой. Или с дьяволом. Какая, в сущности, разница?
Он взял её с одновременно детским и жутковатым энтузиазмом, развернул и, не торопясь, съел, закатывая глаза от удовольствия.
— Вкусно, — констатировал он, облизывая пальцы. — Интенсивно. Насыщенно. Ваш мир не так уж и плох.
— Ага, рада, что тебе нравится, — проворчала я, вставая. — А теперь слушай сюда. Пока что ты остаёшься здесь. А мне нужно подумать.
Я направилась к своей комнате, чувствуя, как нарастает усталость. Но не успела я сделать и трёх шагов, как за спиной раздался лёгкий шорох. Я обернулась. И'рик шёл за мной по пятам, как преданный, хоть и крайне неприятный щенок.
— Чего ты идёшь за мной? — я остановилась, упираясь руками в боки.
Он посмотрел на меня с наигранным недоумением.
— Последние две ночи я спал в твоей комнате.
— И? — я вскинула бровь.
— Я бы хотел продолжить. Мне было комфортно.
— Тебе будет комфортно на диване.
— Но он жёсткий. И старый. Он скрипит, — он сморщил нос с таким видом, будто ему предложили ночевать на помойке.
Во мне что-то ёкнуло. Раздражение, смешанное с брезгливостью.
— Ещё одно слово — и будешь спать на полу! — рявкнула я, поворачиваясь к нему спиной и захлопывая дверь прямо перед его носом. — Брысь!
Из-за двери донёсся тихий отступающий шорох шагов. Чёртов манипулятор. Он играет на том, что выглядит как ребёнок. И что самое мерзкое — это работает, даже когда ты знаешь правду.
В течение ночи я, разумеется, не спала. Я слышала, как за стенкой бесцельно бродил И'рик, а за ним с мерным скрежетом сервоприводов следовал Логик. Чудесно. Вот и моему железному напарнику нашлось применение. А уж он-то со своей старательностью сведёт с ума даже демона.
Я снова полезла в церковные архивы, лихорадочно пролистывая отчёты. Ничего. Ни единого упоминания о тварях, способных на связную речь, на разумные действия. Сплошное «издавало нечленораздельные звуки», «проявляло животную ярость». Интересно, почему? Неужели все, кто сталкивался с подобным, как отец Демиан, боялись рассказать? Или Церковь тщательно вычищала такие отчёты? А может, всем было настолько наплевать, что палили без раздумий? С учётом условий на этой поганой работе я не удивлена.
«Во что ты ввязалась, Веритас? — грызла я сама себя. — Ты и так на коротком поводке у Церкви. Неужели хочешь, чтобы он стал ещё короче и превратился в удавку на шее?»
Часа в четыре, когда за окном уже начинало сереть, а в висках стучало от перегруза, я вышла на кухню, чтобы хоть чем-то занять руки. И замерла на пороге.
За столом сидел И'рик. Он не двигался, просто смотрел в стеклянную тьму за окном, где ночь медленно сдавалась рассвету. Он сидел с таким видом отрешённого спокойствия, что на мгновение мне показалось, будто я вижу призрака.
— Что, до сих пор не наелся? — грубо спросила я, проходя мимо к раковине. — Почему не спишь?
Он медленно повернул ко мне голову. Его глаза в полумраке казались бездонными.
— Не спится.