— А о целостности моей машины ты не подумал? — я лихо вырулила на пустынную ночную улицу.
— Машину можно починить. Жизнь голубя — нет.
Я лишь фыркнула. Глупый кусок металлолома. Порой его ущербная логика доводила меня до белого каления. Интересно, все андроиды такие, или мне достался единственный в мире андроид-пацифист?
Мы ехали в тишине. Я неотрывно следила в зеркале за мальчишкой. Он боялся. Меня или Логика? Или нас обоих? Но от моего допроса ему никуда не деться. Вряд ли я страшнее той твари. Я взглянула на свою ещё заживающую руку. Или всё-таки страшнее?
Визуалы 1.1
Веритас
Логик
Альтернативная обложка
2
Мы зашли в мою квартиру, когда на улице уже почти стемнело. Она была пустынной. Никаких голограмм, никаких «умных» панелей, никаких благочестивых икон с мерцающими ликами святых. Голые стены цвета сухой штукатурки, потертый серый ковёр, простая функциональная мебель из светлого, давно потускневшего дерева.
Мальчишка замер на пороге, вжав голову в плечи, словно ожидая, что из каждой тени на него кинется неведомое чудище. Его глаза, широкие от испуга, метались по комнате, выхватывая скупые детали: стальную вешалку с моей верхней одеждой, полуоткрытую дверь в гостиную, где угадывался силуэт старого кожаного дивана.
— Заходи, не стой столбом, — буркнула я, снимая изрядно рваный плащ. — Никто тебя не покусает.
Он сделал робкий шаг внутрь, потом ещё один, двигаясь так осторожно, будто всё ещё был в том самом проклятом доме. Его взгляд на секунду зацепился за Логика, и он снова содрогнулся, отпрянув к стене.
Андроид стоял посреди прихожей. Его оптические сенсоры медленно скользили с мальчика на меня; он пребывал в состоянии явной растерянности.
— Веритас, — произнёс он. — Напоминаю, несовершеннолетнего, перенёсшего психологическую и физическую травму, следует доставить в ближайший медицинский центр при Церкви. Пребывание здесь не только противоречит процедуре, но и может усугубить его состояние.
— Угу, — я потянулась, чувствуя, как усталость ломит все кости. — Видимых ран нет, а что до психики… У его расшатанных нервов был шанс прийти в себя после встречи с той тварью, но после встречи с тобой ему явно уже ничего не поможет.
— Ваш сарказм неуместен, — парировал Логик. — Ребёнок демонстрирует признаки сильного обезвоживания и истощения. Ему необходима пища и вода.
Я взглянула на пацана. Он и правда выглядел как выжатый лимон — бледный, испуганный, с синяками под глазами. Не мог же он так истощиться, пока был с тварью наедине. Так что же с ним случилось?
— Ладно. Накорми его чем-нибудь. — Я сморщила нос. — И, чёрт возьми, помой хорошенько. От него несёт так, будто он с той тварью в обнимку спал.
— В моей базе данных отсутствуют кулинарные протоколы, — констатировал Логик, и в его голосе мне почудились нотки беспомощности. — Кроме того, гигиенические процедуры могут нанести мне вред; я не могу в этом участвовать.
— Прояви инициативу, железка! — раздражённо скомандовала я. — Поищи на кухне. Консервы, сухари, вода из-под крана — сгодится всё, что не убьёт его. Потом отведи в душ. А если не захочет мыться сам, ототри его как следует губкой!
Не дав ему возможности возразить, я развернулась и прошла в узкий коридор, ведущий в ванную. За спиной я услышала мерный скрежет шагов Логика, двинувшегося на кухню, и тихий, испуганный вздох мальчика.
Я захлопнула за собой дверь, включила воду, и скоро помещение наполнилось густым паром. Скинув с себя рваную и испорченную форму, я забралась под почти кипяток.