Он все еще боялся сделать больно.
Но теперь он боялся больше отпустить.
Они вышли из Леса Осколков, и Бездна сомкнулась за их спинами, словно
заживая после операции.
Но тишина, что наступила после, была не излечением, а затишьем перед
бурей.
Мор все еще чувствовал на ладони призрачное тепло ее руки, словно ожог,
который не хотел заживать.
Он смотрел вперед, на новый мерцающий в хаосе мир, и данные текли с
навязчивой пометкой: Высокий риск.
Нестабильность на уровне причинности.
— Он не просто боится, — проговорил Мор, и слова дались ему с трудом.
Он не привык делиться выводами.
— Он готовится к обороне.
Лес Осколков был предупреждением.
Сигналом, что мы идем верным путем.Лира молча кивнула, прижимая к груди свой инструмент.
Ее лицо было бледным, но решительным.
—Его песня стала громче.
И… жалобнее.
Как будто он загоняет себя в угол.
Новый мир, в который они ступили, был похож на гигантскую, разорванную
на части библиотеку.
Это были «Разбитые Хроники».
Воздух дрожал от шепота тысяч голосов, повествующих незавершенные
истории.
Под ногами хрустели страницы, исписанные чернилами, что стекали с букв,
как слезы.
Небо было коллажем из обрывков разных времен — здесь полуденное
солнце, там ночная луна, а между ними — клочья бушующего шторма.
Время текло не линейно, а клочьями, обрываясь на полуслове.
— Здесь не было Смотрителя, — тихо сказал Мор, всматриваясь в хаос.
— Этот мир умирал долго.
Его история разорвана.
Поглотитель питается этим.
Из-за груды книг, похожей на оползень, показались фигуры.
Они были бледными, почти прозрачными, их тела состояли из мерцающего
текста.
Хроники — призраки историй, что остались незавершенными.
Они смотрели на Мора с первобытным ужасом.
— Погребальный… — прошептал один из них, и его голос был шелестом
страниц.
— Ты пришел закрыть нас?
Мор чувствовал холодную тяжесть своей миссии.
Логика диктовала: мир нестабилен, энтропия нарастает, угроза цепной
реакции.
Процедура очевидна.
Но он смотрел на этих призраков, видел в их глазах не страх смерти, а страх
незавершенности, и молчал.
Лира шагнула вперед, опередив его.
—Нет, — сказала она, и ее голос прозвучал ясно, перекрывая шепот
разорванных хроник.
— Мы пришли найти того, кто ранит ваш мир.Один из призраков, чуть более плотный, чем остальные, сделал шаг
навстречу.
Его форма напоминала старика с лицом, испещренным строкутами.
—Он здесь.
Он пожирает наши концовки.
Оставляет лишь «если бы» и «что могло бы быть».
Мы не можем двигаться дальше.
Мы застряли в вечном «но».
Внезапно мир содрогнулся.
Одна из самых больших башен из книг рухнула, и из-под обломков выползло
нечто.
Это не было существом в привычном смысле.
Это была сама незавершенность, воплощенная в плоть — клубящийся мрак,
из которого торчали обломки сюжетных линий, обгорелые перья и крики
недосказанных фраз.
Оно не атаковало.
Оно просто пожирало пространство вокруг себя, превращая сложные
нарративы в плоский, серый фон.
Поглотитель.
Не древнее зло, а вечный голод.
Хроники в ужасе отпрянули.
Мор почувствовал, как знакомый холод поднимается по его жилам.
Процедура.
Нейтрализация.
Он поднял руку.
Тень зашевелилась у его ног, готовая ринуться вперед и стереть эту
аномалию, как он стирал все остальное.
— Стой!
Его руку схватила Лира.
Ее пальцы впились в его запястье с силой, которой он от нее не ожидал.
—Посмотри на них! — ее голос дрожал от страха и гнева.
— Если ты используешь свою силу здесь, ты сотрешь и их! Они — часть этого
мира! Его последние истории!
Он посмотрел на призраков.
Они стояли, обнявшись, глядя на надвигающийся конец.
Они были готовы.Но в их глазах была надежда.
Не на спасение, а на то, что их история, их незавершенная песня, будет
услышана до конца.
— Есть иной путь, — сказал старейшина-хроника, глядя на Лиру.
— Дитя музыки.
Ты можешь спеть нашу песню.
Целиком.
Дать ей силу.
Возможно, это удержит его.
Даст нам время.
Лира посмотрела на Мора.
В ее глазах он прочитал мольбу.
И страх.
Не за себя.
За него.
Она знала, что будет, если он использует силу.
Поглотитель приближался.
От его присутствия страницы на земле чернели и рассыпались в прах.
Анализ: скорость деградации увеличивается из секунды в секунду.
Время до коллапса: 3 минуты 14 секунд.Логика кричала о необходимости