Ах, как скоро имеет свойство повторяться е? величество госпожа История. Ещ? недавно на этой планете, в этой стране кляли и поносили систему осведомителей.
"Стукачей" распинали у позорного столба, презирали и почти что плевали в лицо.
Заочно. Но стоило появиться Силе, а вместе с Силой и Страху, как вс? вновь вернулась в круги своя, в тридцать седьмой год. Вновь каждый спешит сообщить о сво?м соседе первым. Чтобы тот не опередил его. Вновь каждый пятый житель страны - платный осведомитель, а каждый третий - осведомитель по собственному стремлению, в анонимном порядке. И Департамент безопасности с удовольствием пожинает плоды. Ох-хо-хо... Впрочем, за границей, где до прихода Империи всегда кичились своей свободой, демократией, неповторимостью, ситуация ещ? хуже. Или лучше, если судить с точки зрения господина Эрмана и его коллег. Рассказывают, что там просто завалили службы истребления инакомыслия "стучковой" почтой. Н-да, так вот...
Анонимщик, движимый, надо понимать, самыми патриотическими чувствами, сообщал, что редактор районной газетки "Вестник новой жизни" наряду с официальным изданием выпускает и подпольный листок под названием "Зона Отчуждения", листок весьма вредного содержания, где всячески порочатся пришедшие землянам на помощь братья по разуму. Называлось и имя "зловредного отверга" - некто Трофимов Константин Сем?нович, пос?лок Нейво-Рудянка. ("Ба, да это ж совсем недалеко от ханкарского космодрома, от НАСТОЯЩЕГО ханкарского космодрома, а не того, что штурмовали нынешней ночью сабуровцы! Вот так пустили отверги корешки!").
Мелькали в письме и ещ? имена: наиболее известные авторы, распространители и даже покупатели.
Ну что? Передать письмецо Эрману? Ричард засунул исписанный мелкими, будто гниды, буковками листок обратно в конверт, аккуратно свернул конверт пополам, сунул его в карман. Потом, вс? потом.
Он взял корреспонденцию из Миссии. Узы давали новые нормы по поставке рабочей силы в Зоны Отчуждения и на вывоз за пределы Солнечной. Обустраивалась Империя, ничего не скажешь. Обустраивалась на планете, укреплялась в Метрополии - и гнала, гнала в прорву смерти десятки, сотни тысяч новых рабов.
В специальном сообщении Миссия информировала Наместника о прибытии в регион новой ханкарской техники: тяж?лые гравитационные танки, новейшие установки глубинного огня, базовые системы укрепления и многое другое. Доставлены боевые машины на Нейво-Рудянский космодром супер-парусником класса "Ихтиохот", и в настоящее время ид?т разгрузка. Обратно "Ихтиохот" должен отправиться после загрузки предназначенных для вывозки из Солнечной этапов заключ?нных.
Вот и освободятся подвалы Департамента безопасности, усмехнулся Ричард, вспомнив, как жаловался Эрман на переполнение тюремных камер выявленными отвергами.
Он ещ? раз пробежался информацию глазами и тут только обратил внимание:
"Ихтиохот". Имперские корабли подобного класса раньше ещ? никогда не садились на космодромы Уральского региона. Ни на секретные космодромы до Явления, ни на быстро разв?рнутые после Явления огромные космодромные комплексы, тщательно скрытые от посторонних глаз и не менее тщательно охраняемые. Супер-корабли, не имеющие пока себе равных в Имперском флоте. Да и среди парусников Малой Вольницы немного нашлось бы таких, которые могли бы посостязаться с "Ихтиохотами".
Невольно и с уважением Ричард вспомнил технические, пол?тные и боевые характеристики этого чуда конструкторской мысли невольников-землян, работавших в секретных лабораториях Империи: свободное перемещение во всех направлениях движения этонной волны, наличие универсальных систем функционирования во всех видах пространств, систем ориентации, систем экранирования от большинства контрольных опознавательных излучений. Л?гкость хода, мощное вооружение, модульная герметичность отсеков, позволяющая удерживать управление корабл?м даже при больших повреждениях. При вс?м при этом - колоссальная вместимость за сч?т оригинального расположения внешних палуб и наличия безгравитационных трюмов.
Такой супер - мечта каждого вольного пахаря, однако взять его на абордаж в Космосе (как в Белом, так и в Ч?рном) практически невозможно. Не под силу это л?гким каравеллам Малой Вольницы. Единственный шанс захватить "Ихтиохот" во время посадки, на поверхности планеты. "Ихтиохот"! Сколько раз за долгие годы своего резиденства на Земле Ричард мечтал о таком вот корабле. Ничего не стоило на н?м, имея хорошие пилотные навыки и отчаянных стрелков за турелями многочисленных и мощных сублитарных пушек, прорваться сквозь самый крепкий заслон неприятельских кораблей. И вернуться домой, на Малую Вольницу...
***
Это было пятнадцать лет назад. Нет, теперь уже почти шестнадцать. Шестнадцать земных лет назад. "Серафима" - этон-каравелла вольных пахарей под капитанством Дика Золотого Зуба - торчала возле системы Корчей, выжидая попутной волны до Вес?лого Перевала. По пути Дик надеялся встретить боковую волну с Ханкара к Ролладе (или от Роллады к Ханкару), с которыми обычно ходили богатые Имперские торговые парусники. Было бы неплохо взять торговца и сразу же уйти к Вес?лому Перевалу, не теряя своей волны. А оттуда и на Дар-Песню - центральную систему Малой Вольницы.
Вс? шло благополучно. "Серафима" мирно "паслась" у Корчея, пахари бездельничали, несколько шлюпов Дик отправил в систему, пополнить на Путане - второй, вполне пригодной к жизни, но дикой планете Корчея запасы натуральной пищи, воды, кислорода.
Волна пришла, но не та, которую ждали, а от Ассии на Солнечную. Мощная "холодная" волна. Туманное молочное пространство Белого Космоса, где в штилевой неподвижности уже много дней висела "Серафима", окрасилось сначала слабым голубым цветом, затем бирюза постепенно, с каждым часом, набиралась синевы, а через сутки волна достигла своей амплитуды - вс? вокруг "Серафимы" бушевало, закручивалось, переливалось фиолетовыми вихрями разных оттенков. Зрелище, красивее которого невозможно отыскать ни в одной зв?здной системе, ни на одной планете Мироздания.
И в бушующем этом фиолетово-сине-голубом коктейле лифф-радары "Серафимы" уловили вдруг приближение чужого объекта. Это не были ханкарцы - Ричард знал все типы имперских судов и мог бы дать на отсечение голову, что такого среди них не было.