Дервиш прошел в свою комнату, сел за рабочий стол. На столе стояла настольная лампа с зеленым плафоном, стакан в подстаканнике и фотография в простой ореховой рамочке. Лежал ноутбук. Дервиш раскрыл его. Приложил указательный палец к темному окошку в левом углу монитора. Монитор осветился. Дервиш ввел пароль и навел курсор на «иконку», изображающую костер, щелкнул мышкой. Программа «Пожар» мгновенно стерла все данные в компьютере… Дервиш посмотрел на фотографию. С фото смотрела на Евгения Васильевича Вера… Вера смотрела и улыбалась. Дервиш достал из нижнего ящика стола бутылку «Васпуракана» и фужер. Налил. Глядя в лицо Вере, сделал два глотка. Из другого ящика Евгений Васильевич извлек сигарную гильотину и «ронсон» в платиновом корпусе. Когда-то давно этот «ронсон» подарил полковнику Усольцеву Директор. Из нагрудного кармана пиджака Дервиш извлек сигару, аккуратно обрезал кончики сигары, щелкнул зажигалкой и с удовольствием вдохнул дым «гаваны». Несколько секунд Дервиш наслаждался ароматом сигары, потом сказал: что ж? Надо собираться.
Из верхнего ящика стола он достал «Вальтер», передернул затвор и сунул в карман брюк. Из шкафа достал шикарный кожаный футляр. Раскрыл, извлек оттуда нарезную «Сайгу» с оптическим прицелом. Из отдельного карманчика – запасной магазин. Подумал: не забыл ли чего? Кажется, нет. Он взял в руки фотографию в рамке, всмотрелся в любимое лицо и произнес: ну вот, Вера… скоро встретимся… может быть.
Дервиш вышел в прихожую, надел кашне, пальто и шляпу. Он переложил пистолет в карман пальто. Застегнулся, взял в руки трость. Повесил на плечо вниз стволом карабин и вышел из дому.
Братишка сказал: Жилец! – Жилец прыгнул в лодку. Братишка сильно оттолкнулся веслом.
«Кабан» и бойцы группы «Смерч» вошли на мыс.
Опираясь на свою любимую трость, Дервиш шагал по дороге. Ствол карабина бил по ноге, ветер швырял в лицо сырой снег, рвал полы пальто.
Студент лежал и ждал. Приклад пулемета холодил щеку. Ветер трепал можжевельник, над головой шумели сосны, по озеру катились волны.
Братишка дернул за шнур стартера. Двигатель фыркнул, но не завелся. Братишка дернул еще раз. И еще. «Хуанхэ» чихал, фыркал, но заводиться не хотел. Братишка шепотом матерился.
Дервиш остановился, не доходя полста метров до жальника, прислонился плечом к сосновому стволу, снял карабин. Место у него было давно присмотрено – хороший обзор, надежное укрытие за раздвоенным стволом кривой сосны. Дервиш устроил винтовку в развилке, вызвал Студента: Саша, я рядом.
«Кабан» остановился в густом подлеске. Подполковник Петельников спрыгнул с подножки, поднес к глазам бинокль. Минуту или две он изучал местность. Впереди лежало почти голое пространство – песок, редкие некрупные камни и стелющиеся по песку низкие корявые кустарники в снегу. Ширина мыса в этом месте была не более сотни метров. Почти идеальное место для обороны. Если террористы надумают обороняться, то лучше места не придумаешь. Но это им не поможет.
Братишка заменил свечу и снова попробовал завести двигатель. Но «хуанхэ» не упорно не хотел заведиться. Братишка бубнил: «Китайский – значит отличный!»
Студент лежал на упругой хвойной подстилке, думал: чего они тянут? Ждут темноты? Или у них недостаточно сил для операции? А может…
…из леса выкатился горбатый автомобиль на больших колесах.
Вот оно что – «Кабан»! Студент несколько раз видел эти машины на экране телевизора, но никогда в жизни. Знал, что «Кабан» одет в противопульную броню, а его колеса наполнены вспененной резиной. Что «Кабан» несет пулемет и гранатомет.
«Кабан» медленно ехал по дороге, две камеры на его голове давали отличный обзор. Над ним трепыхались заснеженные еловые лапы.
Дервиш смотрел, как едет «Кабан». В оптический прицел фирмы «Хенсольд» он видел даже красный осиновый лист, прилипший к броне. Видел камеры, приподнятые на стойках – они напоминали глаза насекомого на ножках.
Рация на лацкане пальто произнесла:
– Что будем делать, Евгений Василич?
– Ты, Саша, держи фронт, – отозвался Дервиш. – А «кабанчика» я сейчас сделаю.
«Кабан» проехал четверть расстояния. Дервиш прицелился в правый «глаз». Выбрал спуск. Выстрелил. Камера разлетелась вдребезги.
– Вот суки! – сказал оператор. – Левую камеру мне разбили.
Петельников ответил:
– Отлично – здесь они. В войну решили поиграть. Ну– ну! Посмотрим, у кого хрен толще. А ну– ка дай им огонька. Да возьми повыше – мне трупы не нужны.
– Щас впендюрю, – оператор взялся за джойстик управления огнем.
Дервиш прицелился в правую камеру, затаил дыхание. В этот момент «Кабан» полыхнул огнем, дал очередь. Дервиш промазал.