Михельсон покраснел, промокнул носовым платком капли пота на лбу.
– Пожалуй, – сказал он, – надежнее всего осуществить это прицельным «выстрелом» в режиме «снайпер».
– Эффективная дальность – километр?
– На открытой местности – да. Но различного рода преграды – лес, земляной бруствер, стены зданий – несколько снижают КПД.
– Несколько – это насколько?
– Лес снижает незначительно. Земляной бруствер тоже не очень. Полуметровый земляной вал снизит давление только на семь процентов. А вот каменные и бетонные строения ослабляют КПД существенно. Это зависит от толщины и материала преграды, наличия в ней проемов. Например, сплошная полуметровая железобетонная стена снижает КПД на двадцать восемь процентов.
– На тридцать процентов? Это хорошо.
– На двадцать восемь.
– Не мелочись, лейтенант… Что скажешь про автомобили и самолеты?
– Про самолеты не скажу ничего – насколько мне известно, этот вопрос не исследовался. Что же касается наземного транспорта, то да – проводили замеры. Корпус обычного автомобиля экранирует слабо. Хоть и металл, но тонкий. Кроме того, в обыкновенном легковом автомобиле очень велика площадь стекол… А вот восьмимиллиметровая броня корпуса бронетранспортера снижает КПД более чем на сорок процентов.
– Так, – сказал Чердыня. – Уже лучше… Что еще можно предложить?
Михельсон ответил:
– В разработке есть индивидуальное средство защиты – «Нимб».
– Ну– ка, ну– ка, поподробней. Что это такое?
– «Нимб» – это шлем. Изготавливается на базе обычного армейского шлема.
– Так… А в какой стадии разработка?
– Уже есть опытные образцы. Правда, сырые.
– Погоди-ка, эксперт, – сказал Чердыня. – А не этот ли шлем проходит в документах под наименование «шлем защитный специальный»?
– Да, – ответил Михельсон. – Так обычно обозначается в документах. А разговорах между собой – «Нимб»… Значит, вы уже слышали про шлем?
Час назад Чердыне сообщили, что помимо усилителей «Ужаса», из спецвагона «Мегаполиса» исчезло специзделие под названием «Шлем защитный специальный» в количестве двух штук. Что это такое Чердыня, разумеется, не знал.
– Слышал, – проворчал Чердыня. – А что – эти ваши «Нимбы» действительно защищают от «Ужаса»?
– Защищают. Но видите ли в чем дело, Генрих Теодорович, – Михельсон немного помялся. – Шлем пока сырой. Он нуждается в серьезной доработке… Тут проблема в чем? В том, что для противодействия «Ужасу» шлем создает собственное поле психологического воздействия. Оно на порядки ниже, чем то, которое создает «Ужас», но оно есть.
– И что? – с интересом спросил Чердыня.
– В «Нимбе» нельзя работать более десяти, максимум пятнадцати минут. Если человек находится в шлеме дольше, то у него могут возникнуть сонливость, апатия, или, напротив, агрессия. Могут быть галлюцинации. А впоследствии у него гарантированно будут проблемы с психикой.
– Но пятнадцать– то минут в этом «Нимбе» он может противостоять воздействию «Ужаса»?
– Воздействию одного прибора – может. А если на человека одновременно будут воздействовать два-три прибора, то навряд ли.
– А что – воздействие нескольких приборов имеет свойство суммироваться?
– Частично. Одновременное воздействие двух приборов не дает удвоения КПД, но процентов на пятнадцать давление усилится. Надо полагать, что использование третьего прибора тоже даст увеличение КПД, но цифры вам не назову – таких экспериментов не ставили.
– Понятно, – сказал Чердыня. – Благодарю вас, лейтенант… Теперь слушайте меня. С сегодняшнего дня вы подчиняетесь лично мне, выполняете только мои задания и отчитываетесь только передо мной. Всех остальных, включая Власова, можете посылать на йух. Ибо самый главный здесь – Председатель. После него – Господь Бог. А после Бога – я. Понятно?
– Так точно, – ответил Михельсон и даже подобрался весь.
– Тогда обозначу вам ваши задачи. Во-первых, необходимо дать экспертное заключение о возможности применения террористами усиленного антенной «Ужаса». В первую очередь меня интересует возможность теракта, направленного против Председателя… Понятно?