– И что же вы там наблюдаете?
– Только бомжей, бродячих собак да ворон… А вообще, место там нехорошее – не раз уже находили трупы. В том числе с признаками ритуального убийства. Похоже, сатанисты шалят.
Чердыню не интересовали сатанисты. Он сказал:
– Я бы хотел, чтобы вы вычислили наиболее привлекательные для снайпера позиции. Разумеется, в западной части промзоны, в пределах тысячи метров.
– Сделаем… А теперь перейдем к наиболее проблемной части зоны ответственности. То есть к той части, в которой стоят жилые дома. В пределах километровой зоны находятся десятки жилых домов. Обстановка гораздо более сложная, нежели на левом берегу… Но мы, как я уже говорил, провели анализ. И оказалось, что при наличии такого большого массива – десятки зданий, а в них тысячи окон, балконов, лоджий, крыш и так далее и тому подобное… Так вот, при всем при этом не более десяти процентов из них пригодны для огневой позиции. Остальные либо «смотрят» не туда, либо закрыты соседними, более высокими зданиями… Вы скажите: но десять– то процентов пригодны. Это так. И мы даже составили реестр этих окон, балконов и тэдэ. При тщательном анализе смогли отбросить половину.
– А другая половина?
– Другая половина в принципе может быть использована под огневую позицию. Мы можем поговорить по каждому адресу отдельно.
– Пока не надо. Подготовьте мне весь список адресов.
– Есть.
Чердыня вернулся в свой кабинет. Он выглядел, как обычно, спокойным, но в действительности это было не так. Он выпил чашку очень крепкого кофе, выкурил сигарету и приступил к работе. Около часа он прикидывал схему первоочередных мероприятий, потом вызвал к себе руководителей отделов. Через три минуты все, кроме Игнатьева, были в кабинете Чердыни.
– Итак, – сказал начальник СБ, – есть основания полагать, что Башня может быть подвергнута обстрелу. – Начальники начали переглядываться. Чердыня повторил: – Да, обстрелу. Мы – кровь из носу – обязаны предотвратить это. С этой минуты переходим на усиленный вариант несения службы. Отпуска отменяются. Сотрудников, которые уже находятся в отпусках – отозвать. При необходимости привлечь сотрудников из регионов… Для того, чтобы свести к минимуму возможность теракта, приказываю: удвоить количество наблюдателей снайперской группы. Задача понятна? – Сазонов кивнул. – Второе: сформировать восемь групп… нет – лучше десять… в общем, столько, сколько потребуется, групп для работы на судах, проходящих по Неве мимо Башни. Задача: сопровождать суда. Третье: провести зачистку промзоны. Хорошо было бы сделать это силами ВВ – у них в этом деле большой опыт, но обе бригады сейчас направлены в Пермь – там назревают беспорядки в лагерях. Поэтому зачистку проведем силами полиции. Но под нашим контролем. Четвертое: организовать ночные облеты территории.
Начальник авиакрыла сказал:
– Генрих Теодорович, у меня не хватает опытных операторов.
– Операторов возьмем в «гестапо»… Пункт пятый, но по значению, возможно, первый: вот список адресов, где потенциально может обосноваться снайпер. Всего шестьдесят семь адресов. Зачистку нужно провести сегодня же. Всех выселить, квартиры опечатать, поставить на сигнализацию. Силами полиции, но при участии наших оперуполномоченных… Кроме того, в жилмассиве нужно выявить все квартиры и комнаты, которые сдаются внаем. Даже если они не оптимальны для снайперской позиции. Также необходимо выявить все квартиры, которые пустуют. Проверить, опечатать. Проверить и опечатать все подвалы и чердаки. Ежедневно проверять целостность печатей. Обращать внимание на все «маленькие странности» – очень часто они оборачиваются большими проблемами. Полицейских – напрягать по полной. Их, уродов, если не сношать дважды в день, то и шевелиться не будут… Вопросы есть ко мне? Вперед, на баррикады!
Уже через полтора часа полицейские наряды в сопровождении сотрудников СБ корпорации «Промгаз» вышли на зачистку квартир по списку Сазонова.
А через три часа на северной окраине промзоны остановилась колонна грузовиков с эмблемой ОПОН[7] на борту и штабной автобус. На нем никакой символики не было. Из грузовиков начали выгружаться полицейские и собаки.