- Я не подойду к Вам.
- И почему же это?
- Я знаю, что Вы представились именем погибшего человека, которое нашли в бортовом компьютере моей спасательной шлюпки.
- А так это была твоя шлюпка? Паршиво она выглядит, скажу я тебе, - он опять улыбнулся, - А насчет имени, оно мое. Взять чужое имя – беду на себя накликать, не слышал что ли?
Я отрицательно помотал головой.
- А, да что вы с Х-1054х вообще можете понимать об имени, - продолжил он, - Имя это же и есть сам человек, как вы вообще без них обходитесь?
- Да нормально… - как-то неуверенно ответил я, не до конца понимая, в чем заключается смысл вопроса.
- Ну да ладно, - отмахнулся Леонид, - Я тебе сейчас расскажу историю, и надеюсь смогу разъяснить, как так получилось, что мы сейчас с тобой вместе сидим в доме из спасательной шлюпки на богом забытой океанической планете.
И этот странный человек, встреченный мною на неизвестном острове, неизвестной планеты, поведал мне свою историю.
Оказалось, что именно он Леонид Диринг, уроженец планеты Земля, являлся настоящим капитаном Арктики. Более двух лет тому назад, Главное управление космических исследований Конфедерации, предложило ему, заслуженному капитану исследовательского флота, встать во главе колонизационной миссии. Результатом этой миссии должна была стать крупная колония, основанная на одной из подходящих планет в новой галактике, под кодовым названием «Гамма». Для этого ему в распоряжение был выделен тот самый корабль Арктика, а также ресурсы необходимые для столь масштабной операции.
И вот после более чем полугодовой подготовки, Леонид, являвшийся на тот момент единственным членом экипажа, вышел из порта Земли, в направлении галактики Скрещенной Реки. После пересечения границы Млечного Пути капитан начал останавливаться в крупных портах, набирая экипаж необходимый для выполнения миссии. На планете Х-1054х в их число попал и я.
Проблемы начались после пересечения границы изученных миров. Неожиданно оказалось, что не все набранные на корабль члены экипажа оказались такими, какими их ожидал увидеть капитан. Некоторые из них, набранные, судя по всему не в самых благонадежных портах вселенной, решили, что получить в свое распоряжение такое огромное судно как Арктика, будет очень неплохим финансовым предприятием.
Поэтому после пересечения границы, когда уже никто не смог бы прийти на помощь, первый помощник вместе с еще несколькими офицерами в числе которых, кстати, был тот самый доктор Маринес, подняли бунт и схватили капитана Диринга.
Старый капитан был заперт в одной из кают, принадлежащей одному из ценных человеческих представителей, который случайно погиб во время полета. После этого, первый помощник, взломав центральный компьютер, изменил свою должность и стал новым капитаном Арктики. А Леонида предатель записал на место погибшего особо ценного человеческого представителя.
Но бунтовщики не учли одного – капитан Диринг не просто так был одним из лучших полевых исследователей Конфедерации. Осторожный капитан, намеренно утаил от первого помощника и остальных офицеров некоторую важную информацию. В ее число входили данные о высокоактивном нейтронном поле вокруг системы ЕЕ-34. Там говорилось, что капитану будет необходимо вручную снизить мощность нейтронного реактора до 20% от максимальной, дабы избежать его детонации. Самозваный капитан же знать не знал об этой необходимости, а потому во время прохождения Арктики через систему ЕЕ-3, нейтронный реактор начал перегреваться и вскоре взорвался, полностью уничтожив корабль.
Самому Леониду Дирингу, благодаря создавшейся панике удалось выбраться из запертой каюты и покинуть обреченный корабль на спасательной шлюпке медицинской службы. По случайности, он спасся вместе с одним из главарей бунта, доктором Маринесом.
К счастью для настоящего капитана, из-за повсеместной паники, Маринес не замечал его присутствия до самого приземления, в ходе которого, Леонид получил сильный удар. Все его лицо пришлось перебинтовать, благодаря чему, он еще некоторое время мог оставаться неузнанным.
Все это случилось всего лишь за несколько дней до моего прибытия на остров.
- Так и что же случилось со всеми остальными? – спросил я, когда капитан закончил свою печальную повесть.