Глава 16
Не знаю что случилось, но когда я очнулся и приоткрыл глаза, то увидел над собой синее небо. Мое тело дрейфовало на волнах, опаляемое яркими лучами инопланетного солнца. Спасательная подушка все-таки смогла вырвать мое покалеченное тело из черных пучин.
Тем не менее, несмотря на чудесное спасение, я все равно был гораздо ближе к смерти, чем к жизни. Только теперь, лежа на поверхности, я ощутил, насколько сильно пострадало мое тело.
Я больше не чувствовал как оно горит изнутри, но лишь по той причине, что теперь я вообще ничего не чувствовал. Я не мог пошевелиться, не мог даже разжать губ, чтобы закричать. Мои барабанные перепонки, по всей видимости, не выдержали и лопнули, отняв у меня способность слышать. Теперь все что мне оставалось, это смотреть в голубое небо, ожидая, когда смерть настигнет мое качающееся на волнах тело.
«Это конец» - промелькнуло у меня в голове, и я закрыл глаза, чтобы заснуть навсегда, начав погружаться во мрак, из которого уже не было выхода.
Не знаю как долго мой разум блуждал в объятьях предсмертной темноты, прежде чем я нашел в себе силы вновь разжать веки.
Каким же было мое удивление, когда открыв глаза, я вместо Создателя увидел Леонида. Он что-то делал со мной, но я не чувствовал и не видел что именно. Единственным, что я заметил, было сильное беспокойство, читаемое на его, покрывшемся красными пятнами, лице.
Еще некоторое время я внимательно следил за ним, прежде чем он заметил, что я очнулся. Увидев мои открытые глаза, капитан улыбнулся и тут же начал что-то оживленно говорить. По всей видимости, он что-то у меня спрашивал, но я ничего не слышал и ничего не мог сказать в ответ. Собрав все свои силы, я попытался заставить свои губы сложиться в подобие улыбки. Вряд ли это выглядело также хорошо, как я себе представлял, поскольку сразу после этого лицо Леонида, снова приняло беспокойно-сосредоточенное выражение.
Сделав это, я вдруг почувствовал сильную усталость. Я был так ослаблен, что даже такое простое действие полностью иссушило меня. Глаза закрылись сами по себе, и я сразу же погрузился в сон.
Когда я вновь пришел в себя, Леонида уже рядом не было. Лишь горевший электрический свет давал мне понять, что я здесь не брошен. Мое тело, по всей видимости, было уложено спиной на какой-то стол или кровать. Все, что я видел, ненадолго приходя в сознание, был лишь металлический потолок и встроенная в него лампа, отбрасывающая на меня свой тусклый желтый свет.
Я был ужасно ослаблен, то и дело теряя сознание, а затем вновь приходя в себя спустя часы. В недолгие моменты моих пробуждений, я иногда видел капитана, пытавшегося достучаться до меня, а иногда лежал в абсолютном одиночестве.
Прошло немало времени, прежде чем я набрался достаточно сил, чтобы, наконец, заговорить. Подбадриваемый жестами Леонида, я впервые после всплытия смог разжать губы и произнести несколько слов. Обидно было лишь то, что сам я не смог услышать ни единого своего слова.
Дни шли за днями, а мое тело продолжало находиться в совершенно разбитом состоянии. Вся моя жизнь теперь состояла из череды неглубоких беспокойных снов, то и дело сменяющихся болезненными пробуждениями. Капитан почти постоянно находился рядом, проводя со мной какие-то манипуляции.
Прошло еще две недели, а мое состояние все также оставалось крайне тяжелым. В очередной раз, посмотрев на лицо Леонида, я вдруг понял, что он потерял надежду. Его лицо, обычно успокаивающее меня улыбкой или подбадривающим подмигиванием, теперь стало холодным и отрешенным. Он стал все чаще уходить из моей импровизированной палаты, иногда пропадая целыми днями. Количество процедур, проводимых капитаном с моим телом в тщетной попытке вытащить меня с того света, сильно уменьшилось.
Единственным разумным объяснением такого поведение, было то, что мне уже не помочь. И в момент, когда осознание безвыходности своего положения проникло в мою голову, я потерял последнюю надежду и желание бороться.
Теперь уже я старался, как можно реже смотреть на Леонида, предпочитая как можно чаще находиться в пугающих объятьях снов. Моя сильно поврежденная тяжелым всплытием психика, теперь при каждом удобном случае возвращала меня к тем ужасным событиям. Бесчисленное количество раз, я просыпался от того, что тонул, сгорал, был съеден огромными монстрами. Несколько десятков раз сладостный момент пробуждения спасал меня от бесконечного падения в черную бездну.