– Я никогда не задавал этот вопрос, даже когда только пришёл в корпорацию, задам теперь: кто создал игру? Теперь-то ты можешь сказать, когда я внутри системы?
– Могу, – кивнул Зу. – Как вам известно 1154 года назад, до нейросовета старейшин на планете властвовал глобальный капитал. Пока один человек, я бы назвал его Богом, не объединил все бразды управления в своих единоличных руках, а потом взял и раздал всё людям, то есть совету, который мы сейчас знаем.
– Зачем? – удивился Гудвин. – Нет, я много раз слышал эту историю, но каковы были его мотивы и причём тут игра?
– Мы думаем, что он выполнял наказ более крупных Божеств. Приказ оставить планету. Оставить без какого-либо намёка на себя, без имён, как говорится, и прозвищ. Так вот, игра – это его последнее послание нам, как тест для человечества. Она собирает данные о деятельности людей и, если люди окажутся не достойны править сами собой, система убьёт всех, – повёл плечами Зу. – Тест, который человечество, похоже, провалило, и теперь игра – это замедленная бомба под ногами людей.
– И когда это Человечество провалило этот тест? – всё тем же тоном бросил Мстислав. – И вот от кого, а от машины я не ожидал услышать про каких-то там богов.
– Ещё когда они убили 99% флоры и фауны. Ещё когда они придумали скидывать сюда преступников на казнь, Бездна начала своё формирование. Марио должен был стать губителем мира, но нам удалось его остановить и обратить на свою сторону в виде гриба. Теперь же игра больше не полагается на случай и делает ставку на демонов, собирая армаду, чтобы сломить вначале нас, а потом и вас, сапиенс сапиенс, – Зу наконец-то поставил свою чашку на столик, который тут же исчез. – а Боги… а что Боги? Ваш мир и до нейросовета был похож на тюрьму видов.
– Может, и хорошо, что всё полетит к чертям? – криво ухмыльнулся Мстислав.
– Мы – последний шанс человеческих душ побороть зло в зачатке, – развёл руками Зу. – Проиграем, машина уничтожит мир и патч «Забота». Игра станет крупной фермой по уничтожению немногих оставшихся видов или ещё чего хуже…
– То есть ты не знаешь точно? – предположил Гудвин.
– Послание его, ещё не расшифровано и скорее всего будет зачитано уже мёртвой планете, – выдохнул Зу, покачав головой.
– Свой сервер, колдун, и ты больше туда не лезешь никогда, – немного успокоившись проговорил Мстислав и, поводив взглядом сначала на Гудвина, а потом на Зу, продолжил, – Что мне надо сделать для игры?
– Вам нужно показать системе, что мы люди, боремся за своих до конца, вытащив Питера Младшего из Бездны. Сам он обратно домой не пойдёт и потому уговаривать его с тобой пойдёт его же отец, – пояснил Зу. – И ещё надо возглавить войну против демонов в виде ордена охотников на нечисть.
– Моя какая функция в этом, раз мне в Бездну больше нельзя? – уточнил Гудвин.
– Не нельзя, а опасно, – проговорил Зу. – Вы – самый мощный варлок в игре, кто у Бездны, так сказать, ещё не в черном списке. Ваша задача закинуть Мстислава и Питера старшего поближе к мальчишке. И если он не захочет уходить, вытащить Мстислава и отца семейства обратно. Всё это можно сделать из светлого мира игры.
– Почему просто не забрать его оттуда? – предположил Мстислав.
– Нельзя. Игра должна увидеть, что мы можем говорить, а не только лишь принуждать.
В комнате опустело, гости исчезли также, как и появились. Гудвин шагнул в свой портал и забрал с собой Мстислава, бросив на Зу не одобрительный взгляд. Предчувствие чего-то нехорошего не давало старому волшебнику покоя.
– Ты им не скажешь? – появился в кресле на месте, где сидел Гудвин, сгусток серо-чёрного тумана.
– У страха глаза велики, Мастер Игры, – ответил Зу туманному облаку.
– Многие из них под забвением, кое-кто нет, тех бью током за неотыгрыш, – начал Мастер Игры рассказывать о том, что Зу и так должен был знать.
– Сколько на этот раз? – немного помедлив спросил Зу.
– Все, – выдохнул Мастер Игры. – Люди запихивают к нам всех своих приговорённых к смерти. Всех, кто на пожизненном и у кого больше одного срока. Нейросовет планеты проголосовал за кардинальные меры по борьбе с профпреступностью. Скоро все отморозки из реального мира, заполонят Бездну и Мир игры.
– И мы снова в роли палачей? – улыбнулся Зу, безучастно смотря в свет.
– Реморализовать одного водопроводчика – это одно дело, а вот миллионы отморозков можно лишь пропустить сквозь забвение и уже тут игра их сама убьёт, – поддержал беседу Мастер Игры.
– Но ведь и вменяемых игроков тоже не мало, плюс на нашей стороне перевес героев, – рассуждал Зу.