– Средние слои чего? – снова не разобрал Волк.
– А вот того. Теперь у вас есть планета и атмосфера, и, я думаю, космос ближайший, – задумчиво посмотрел на звёздное небо Мэг.
– Дай закурить, а? А то дерьмо твоя атмосфера! – взмолился демон.
– Дерьмо... Ты ещё реальный мир не видел, – улыбнулся маг.
Бездыханное тело Гудвина пропало, провалившись через открывшийся портал прямо в жерло вулкана и извергнув в мир игры жар и серу.
– Слушай, Волк, – протянул сигаретку демону маг. – А знаешь ли ты, у кого можно спросить, где сейчас Мстислав?
Глава 36. Цена выхода – кровь
Локация Орочьи острова
Они кубарем покатились с сопки по наклонной каменистой почве – окровавленный постаревший гном и двадцать три порождения Бездны, успевших выпрыгнуть в момент перемещения воина в Мир.
«Всё или ничего!» – мелькнуло в голове у Мстислава, и он переключился в берсерк стойку.
Она давала ему плюсы к урону и скорости, но также делала его неаккуратным в нанесении ударов и потому уязвимым. Ноги гнома оттолкнулись от земли, и он прыгнул по вектору своего движения, в полете развернувшись к демонам лицом. Удары против всех законов физики, будто отбойным молотком чеканили по мордам тянущихся к нему существ, заставляя воздух свистеть под посеребрённой сталью. Когти шкрябали по серебряному доспеху, а лицо всё было изодранно, будто гнома пытались пропустить через тёрку.
Шлем, сброшенный после попадания под чёрную руку, потерялся впопыхах ещё в Бездне, и теперь голова воина отдувалась за всё его бронированное тело. Латная перчатка левой руки, конечно, работала как щит, но глубокие раны до самых лицевых костей и оторванное левое ухо, болтающееся на лоскутах кожи, пили жизненные силы.
Демоны тянулись своими лапами к кровавому, рычащему куску сражающегося мяса. Порванные губы гнома оголяли золотые коронки на зубах, правый глаз заплыл гематомой полностью, а левый постоянно заливала хлещущая из надбровной дуги бурая, липкая жижа.
В очередной раз Мстислав вытер своё лицо, возвращая себе зрение. Его правая рука будто заколдованная молотила наступающую толпу демонов, а сознание уже устало терпеть боль и просто выключило это чувство, оставив внутри души лишь литры адреналина.
Удар и ещё удар, всё медленнее и медленнее перед глазами Мстислава мелькало предупреждение от мода:
– 1 к ловкости за счёт кровотечения
– 2 к ловкости за счёт потери крови
Питер Грейс Старший плыл за картиной расправы над охотником за демонами, наблюдая, как гнома рвут в клочья, что-то крича, но его никто не слышал.
Вот, рыжий демон вцепился в левую латную перчатку, обжигающую его пасть серебром, и дёрнул Мстислава на себя. Перчатка соскользнула с натруженной кисти гнома, содрав кожу на ладони, а жующий серебро демон плюхнулся на задницу, продолжив атаковать предмет брони.
– Тварь! – нанёс удар наотмашь гном, снося крылатому существу голову. – На-а-а! – возвратил он молот, пробивая грудную клетку змееголовому двуногому гуманоиду.
Скорпионье жало ударило сверху, и Мстислав по привычке выставил предплечье на защиту головы. Кисть сражающегося даже не сломалась – она, словно масляная, отделилась от руки, оставляя на месте кисти оплавленный аккуратный срез.
– А-а-а-а! – толкнул ногой от себя Мстислав ещё одну бестию, не обращая внимания на упавшую руку, прямо из-под его ног похищенную длинным присосковидным языком.
В куча-мале сражения больше всего он боялся потерять голову, ведь без руки, без ноги и даже с выпущенными кишками можно вести бой, а вот с раздробленной головой нельзя. В глазах темнело. Всё ещё мигал индикатор, угрожающе сообщая, сколько минусов и на какие параметры он получил в результате боя, но не это волновало дерущегося однорукого героя. В его душе упрямство слилось со злобой, а злобу подпитывало нежелание умирать, даже тут, даже в игре.
– Орук Мих Туран! – прогремело откуда-то с высоты.
Яркий свет залил серые камни, а рядом с Мстиславом вдруг прямо из камней вылез небольшой, примерно по пояс гному, светящийся оранжевым рунический столбик.
Лечение тотемом: +1 хит в секунду
Остановка кровотечения
Все параметры повышены на 1
С холма бежали две крепко сбитые орочьи фигуры, судя по мускулатуре и одежде, мужская и женская. В руках у зеленокожего орка ярким белым светом сияло копьё, а чернокожая самка орка размахивала над своей головой бубном, в который мелкой дробью барабанила какой-то ложкой.