Асу смотрит на нее затравленным взглядом, но сейчас не готова ни с кем этим делиться. Она просто не может произнести ничего на эту тему. Ей нужно немного придти в себя. Возможно, потом.
— Позже расскажу, сейчас нет времени, — она неуверенно дотрагивается до конверта.
«Неужели я стою лишь этих бумажек?»
Впрочем, если подумать с другой стороны, ее тело равноценно жизни матери. Мизерная сумма для Ретта и цена, за которую можно приобрести весь мир — для Асу.
Кинув деньги в сумку, она спешит обратно в больницу, где ей сообщают, что ситуация обострилась и лечащий врач сейчас в реанимации. Асу места себе не находит, ходит по коридору перед дверью, которую она чуть ли не боготворит взглядом, надеясь, что сейчас, вот-вот, выйдет врач и скажет, что все образовалось. Она уже наизусть запомнила каждый ее миллиметр. От собственной беспомощности становится гадко. Время течет мучительно долго. До слуха доносится едва уловимый скрип двери и Асу бросается к доктору в светло-зеленой униформе и с маской на лице.
Глаза раскрываются, но яркий свет слепит и заставляет жмуриться. Асу осматривается и понимает, что лежит на больничной койке и в этот момент к ней подходит медсестра. У нее не получается встать, все тело свинцовое, не слушается. Слабость в каждой мышце.
— Не двигайтесь, мисс, полежите немного. Действие успокоительного скоро пройдет.
И в память врезаются события последних часов. Она начинает вспоминать, как врач мрачно качает головой, что-то произносит, видимо приносит сожаления. Она не сразу понимает этого, ей понадобилось несколько секунд, чтобы осознать случившееся, после чего она бросается на врача, хватая его за халат и крича. Ее хватает пара рук, чтобы оттащить, подбегает девушка в колпаке и колет руку, а после темнеет в глазах. Впрочем, как и сейчас. Но только сил нет даже, чтобы пошевельнуться. Мир разбивается на мелкие осколки. Она отчетливо чувствует эту боль в груди, в самом сердце. Боль подобно режущему ножу. Тысяча... Нет, миллионы осколков, которые она уже никогда не соберет. Да и зачем ей жить дальше? Все беды одна за другим. Слез нет. Словно все внутри иссохло. Боль сдавливает грудь, ком перекрывает горло, дыхание тяжелое, но освобождения — никакого. Первая мысль — умереть. Нет, ее уже больше ничего не волнует, да и за нее уже никто не волнуется. В этот миг перед глазами предстает образ матери, будто она рядом, прямо перед ней. Слышатся ее последние слова: «Что бы ни случилось, обещай мне, что ты будешь сильной и не дашь себя в обиду».
«Но как мне быть сильной, мам? Ведь сил мне придавала ты, но тебя...» — она кусает внутреннюю часть щеки, слова не лезут на язык. Теряется образ.
Глава 7
Последующие два дня проходят в заточении в квартире. Ни куска в горло не лезет, лишь изредка пьет воду. Все напоминает о матери. Повсюду ее запах, на столе лекарства, там, на кухне, любимая чашка. Рядом с диваном на тумбочке сложенная одежда. Повсюду она, и от этого еще хуже. Звонки от Кейси и Джея почти не умолкают, и она ставит на беззвучный. Щеки впалые, темные круги под глазами от бессонных ночей. Еще вчера, вечером стоя в ванной перед треснутым зеркалом, она помышляла вскрыть себе вены, но в этот же момент перед ней вновь всплыл образ матери и все мысли отметнулись. Нет, она не может предать желание Роуз. Она обязательно справится, но не сейчас. Сейчас ей нужно придти в себя, встать с колен, найти в себе силы и просто выплакаться. Но как, если слез до сих пор нет? Только пустота, огромная брешь в груди, которую уже ничем не заполнишь. Все раны раскрываются вновь и еще сильнее кровоточат. Ей нужно на что-то выплеснуть злость, обвинить. Винить жизнь? Нет, она уже пыталась, но ничего не произошло, легче не стало. Но что, если обвинить не «что-то», а «кого-то»?
«Это все из-за тебя, ублюдок недоделанный!» — она бьет по зеркалу стаканом из-под щеток, когда в нем всплывает лицо Ретта. - «Если бы ты не тронул меня и отпустил, я бы смогла вовремя оплатить новое лечение. Смогла бы еще раз с ней увидеться…» — последнее произносится шепотом, упираясь руками в раковину и опуская голову.
Но легче все равно не становится. И, правда, а в чем он виноват? Только в том, что ему удается получить желаемое, на что она не способна. Для Ретта это то же самое, что съесть конфету и выбросить фантик, только вот брюнетке эта конфета обходится слишком дорого.