Рекстон притаился в уютном кресле напротив окна, наблюдая за соседским окном в котором загорелся свет, и теперь можно было рассмотреть тень передвигающегося силуэта, а воображение рисовало остаток картины. Чуть больше месяца Ретт приглушал ноющую боль в груди, ярким пламенем обжигающую его самого и поглощающую все вокруг, оставляя за собой пепел. Стоило вспомнить о причине своей свежей раны, как его бросало в жар, сердце начинало биться в агонии и съедать его изнутри. Глупое сердце никак не хочет понять, что его хозяин, напротив, борется с этими муками и хочет, наконец, избавиться от воспоминаний гнетущих его. Из-за предшествующих событий ему пришлось закрыться и проводить свои дни в одиночестве, от чего мужчина еще больше сходил с ума, не имея возможности отвлечься на работу и уйти в свой привычный активный образ жизни. Не раз при потере контроля он ломал тот или иной предмет, иногда порезавшись об разбитый край и в возбуждении не сразу осознавая. Когда уже дело дошло до нервных срывов без каких-либо на то причин, он все же сдался себе самому же. В битве между клокочущей яростью и сжигающих сердце чувств победа досталась второму. И теперь весь его мир в течение нескольких месяцев был сосредоточен в виде из окна. И в очередной раз, когда он видел милую улыбку брюнетки, адресованную кому-то, но не ему, он едва сдерживал себя, чтобы не наброситься на причину этой улыбки диким зверем и растерзать его. Его гневила своя невозможность к действиям, посылала к чертям нервную систему.
От наблюдения за тем, как женщина по соседству стучится в дверь к девушке, его прервал звук щелканья замка в собственную дверь.
— Господин Рекстон.
Ретт не обернулся к вставшему рядом с ним парню, сосредоточившись на открывающейся двери и вновь разглядывая дружелюбную улыбку брюнетки, адресованную второй соседке.
— Говори.
— Новый поставщик тканей утвердил образцы, которые Вы выбрали, и принес их на рассмотрение. Как Вы и сказали, наш адвокат составил контракт, и он подписал его на наших условиях, требуется только Ваша подпись, — он протягивает тонкую папку с документами.
Ретт пробегается взглядом по строчкам, вычитывая только основное, и ставит свою подпись. Он слепо протягивает папку обратно, провожая действие вопросом:
— Он нашел?
— Есть зацепки. В южной части нашелся особняк со свежими следами. Его хозяин уехал чуть ранее и по описаниям видевших его — это тот самый человек. Наш человек сообщил, что нашел еще зацепки, когда возвращался в Бруклин, по его словам, цель так же прибыла в город немногим раньше.
— Он уверен? — Ретт резко оборачивается, вцепившись взглядом в своего секретаря.
— Да.
Рекстона отвлекает громкий крик со стороны дома, и он кидается к окну, вцепившись в подоконник и устремив взгляд на женщину, выбежавшую из дома. Она зовет своего мужа, стоящего на крыльце домика чуть поодаль.
— Быстро, машину, у Асу схватки! — она выкрикивает и вбегает обратно.
Рекстон на этот раз не в силах совладать собой бросается к выходу, но удерживается секретарем.
— Не мешайся, — мужчина отталкивает его и выбегает на улицу, только машина соседа уже срывается с места, унося девушку в больницу.
Ретт вбегает обратно, накидывает коричневое кашемировое пальто и, выхватив ключи у своего наместника, уезжает, громко рявкнув мотором внедорожника. Небольшая больница в центре городка встречает его специфическим запахом. На него оборачивается десятки пар глаз, рассматривая новое лицо. В силу маленького населения, здесь все друг друга знают, и новый человек выделяется белой вороной. Он с дрожью в голосе спрашивает о новоприбывшей пациентке и его рассматривают с новой волной удивления и интереса. Ретт нетерпеливо переспрашивает медсестру и на этот раз получает ответ. Сероглазый бежит по коридору, не замечая заинтересованных глаз и шепчущихся людей, которым повезло услышать имя «Асу» слетевшее с его уст в такой понятной для всех интонации. Перед дверью кабинета стоит пара, которая привезла девушку в больницу, и Рекстон, не задумываясь, обращается к ним, не в силах унять волнение, звучащее в голосе и прерывчатое дыхание: