— Опусти оружие. Я не причиню вам вреда, — сказал он.
— Ты… ты… — Милена растерянно переводила взгляд с отрешенного замершего мужчины на шевелящиеся за его спиной щупальца. — Что ты такое?..
— Он убил Дерека! — вдруг вскрикнул Соловей. Он окончательно пришел в себя, вскочил на ноги и попятился к Кларе и Маркусу, машинально ища за пазухой пистолет. — Он что-то с ним сделал, влез в его голову!
Маркус тут же поднялся, придерживая покачивающуюся Клару. Его рука легла на рукоять ножа, но контрабандист не спешил выхватывать его с перевязи, вопросительно глядя на Милену.
— Это было необходимо. Я не тронул ВАС — это главное.
— Только шевельнись, и я тебя на куски покромсаю! — опомнившись, прорычала Милена, переводя острие глефы в сторону растения. Щупальца зашевелились покрепче обвиваясь вокруг ствола, и мужчина под её ногой равнодушно заметил:
— Похоже, это пат. Если кто-то из нас двоих нападет — мы оба проиграем.
— Ты явно потеряешь больше, чем я!
— Возможно. Хочешь это проверить? Или все-таки решим дело миром? Я искал встречи с тобой, Милена.
Взгляд каманы стал почти растерянным.
— Искажение разума… — вдруг пробормотала она, и её взгляд стал твердым. — Ты — тресамион, ведь так?
Щупальца плавно качнулись вперед.
— Верно.
— Что за бред… вы… они… это хреновы деревья, они же не разумные!
— Милена, о чем ты? — растерянно спросил Маркус.
— Не совсем верная формулировка. Тресамионы считаются потенциально разумными. — уточнил лежавший на земле мужчина.
Милена недовольно тряхнула волосами.
— Прекрати это. Говори сам! И не можешь?
— Могу. Но ты не услышишь. Мертвецы невосприимчивы к искажениям тресамионов. — он сделал паузу и добавил. — Как видишь, я с тобой честен.
— Да ну? И чего ради?
— Ты — уникальное существо. Я хочу увидеть, как ты совершишь то, к чему стремишься. Как ты совершишь чудо.
Милена склонила голову набок и долго молчала, разглядывая клубок щупалец с удивленным прищуром.
— Ты говоришь совсем, как хисавиры из Альянса. Кто ты такой?
— Я и есть хисавир, хоть и не из Альянса. Можно сказать, что раньше я был человеком.
— Это невозможно!
— Как и для мертвеца невозможно быть наполовину живым.
Он умолк, и над лагерем повисла тишина. Соловей нервно крутил головой, переводя остервенелый взгляд с Милены на Ренона, но не решался ничего сказать. Маркус ждал, обнимая дрожащую от холода и испуга Клару, а потом не выдержал и тихо окликнул каману:
— Милена?
Она очнулась, обвела прояснившимся взглядом лагерь, внимательно оглядела Клару и Соловья.
— Он ничего вам не сделал?
Соловей едва не задохнулся от возмущения.
— Он убил Дерека, — повторил хисагал севшим голосом. — Держал нас тут как пленников!
— Я сделал это, чтобы встретиться с тобой, — сказал Ренон, обращаясь к Милене. — Обеспечил их безопасность и привел вас сюда. Вы ведь видели послания, которые я оставил?
— Видели, — кивнула камана и окончательно тряхнула с себя задумчивое оцепенение. В её голосе зазвучали привычные грубовато-властные ноты. — Ты клянешься, что не тронешь никого из моих людей?
— Чего?! — воскликнул Соловей, но Милена даже не взглянула в его сторону.
— Клянусь. Я никому не причиню вреда, если ты не причинишь вреда мне.
— Договорились. Учти — если что-нибудь выкинешь, я быстро с тобой разберусь. Я забираю твой лагерь: пока ты здесь — будешь слушаться меня. Мы с тобой еще поговорим. А пока — оставайся.
— Ты рехнулась?! — взорвался Соловей. Земля у его ног взвилась столбом пыли. Её будто рассекло, прочертив в траве глубокую рытвину.
— Успокойся.
— Он — убийца!
— Успокойся!
— Да какого хрена?! Он тут резню устроил, а ты предлагаешь ему остаться?!
Ненавидящий взгляд фиолетовых глаз впился в Ренона, и тот вдруг вскинул щупальца, словно руки. Маркус дернулся, почти увидев, как от хисагала к нему прокатилась, вспахивая землю, смертоносная волна, и тут же рассыпалась в паре сантиметров от ног мужчины, служившего растению живым рупором.
— Соловей! — тут же рявкнула Милена. — А ну угомонись! Возьми себя в руки, пока ты никого не поубивал!
— Пока я никого не поубивал?! ПОКА Я НИКОГО НЕ ПОУБИВАЛ?! — Соловей побелел, он пошатывался и едва не задыхался от злости. — ДА У НАС ТУТ ЕБАНЫЙ МОНСТР! и ТЫ ПРИГЛАСИЛА ЕГО ОСТАТЬСЯ ВМЕСТО ТОГО, ЧТОБЫ ПРОСТО ПРИКОНЧИТЬ! ТЫ… ТЫ… ДА КАКОГО ХРЕНА?!