— Ты уверена, что знаешь, где это? — недоверчиво крикнула она в спину Милене. — Как вообще можно было найти воды, текущие под землей?
Та не ответила. Она стремительно хромала вперед, останавливалась, быстро оглядывалась, — черные кудри волнами плескали по плечам, — и снова мчалась, уверенно находя дорогу, словно шла не через одинаковые буро-зеленые заросли, а по улицам давно знакомого города. В какой-то момент она замерла на месте, неуверенно попятилась, тряхнула головой, и недовольно прорычала:
— Здесь!
Она оглянулась на пытавшихся отдышаться спутников и фыркнула:
— Вот хилые поросята!
Гвардеец сделал пару шагов вперед и недоуменно огляделся:
— Здесь же ничего нет!
— Е-есть! — протянула Милена довольно ощерившись. — Подземная речка. Вы прямо на ней стоите.
Все машинально опустили глаза, будто ожидали увидеть воду прямо сквозь почву, а Соловей машинально провел носком сапога по земле, приглаживая траву и сгребая в сторону старые сгнившие листья.
— А что, грязную воду прямо в реки сливают? — спросил он.
Милена кивнула.
— Да. Тут их несколько. Эта ваша клоака должна быть или чуть ближе к Башням или дальше, в сторону большой реки.
— Разделимся? — предложил Маркус.
— Ещё чего! — камана осмотрелась по сторонам, мельком взглянула на небо и сказала. — Форт стоит к северу, по левую руку от нас. Идем. Проверим рядом с ним.
Клара замешкалась, завертела головой и зачем-то коснулась одной рукой сердца, а другой — живота.
— Лево там, — подсказал Маркус, махнув ладонью. Клара посмотрела на него так, будто он сказал что-то непристойное.
— Сама знаю, — пробурчала она и отвернулась, пытаясь разглядеть стены Башен из-за плотного частокола деревьев.
Через некоторое время Маркус вдруг уверенно заявил, что канализация где-то рядом, а потом и все остальные начали кривиться и водить носами. Среди зарослей показалась небольшая, покрытая толстым слоем тины заводь, вокруг которой затхло воняло городским отстойником. Облазив все вокруг по колено в воде, они нашли заваленную сухостоем узкую каменную арку. Её старые покосившиеся опоры поросли толстым слоем мха, ставшего дерном для молодой поросли. Воздух вокруг дышал мерзкой затхлостью.
— Я же говорила! — камана с победным видом наблюдала, как её спутники отодвигают старые ветки, наполовину завалившие сток.
— Мертвым не нравится проточная вода? — едва слышно спросил Соловей, остановившись рядом с Маркусом. Тот медленно качнул головой.
Высохшие, покрытые плесенью и черные от воды ветки злобно шипели сухой до осторы листвой, цеплялись друг за друга скрюченными когтями, не желая открывать доверенный им тайный ход. Все, как один, кроме Милены, брезгливо сморщились, заходя в воду. Последним препятствием на пути дальше оказалась проржавевшая металлическая решетка, которую камана выломала из арки, просто повиснув на ней всем телом и несколько раз хорошенько рванув на себя. Дальше внутри была непроглядная темень, и Маркус с Кларой зажгли небольшие масляные фонари.
— Эй, ты заряжен? — спросила Милена,хлопнув Соловья по плечу. Тот невольно передернулся и нащупал за пазухой деревянную рукоять пистолета.
— Конечно, а что?
— Держи оружие наготове. Там слишком узко, чтобы нормально драться, зато из пистолета точно не промажешь.
— Думаешь, там может быть что-то опасное? — хисагал боязливо заглянул в темный зев канализации.
— Нет. Но осторожность не помешает.
Внутри и вправду было тесно: Милена почти ползла, скрючившись в три погибели, Маркусу тоже пришлось пригнуться, и только Клара и Соловей не подпирали головами поросший плесенью потолок. Журчание и плеск воды эхом отражались от поблескивающих в свете фонарей склизких стен. Не ждавшая гостей водяная крыса размером с хорька в панике пересекла туннель и исчезла в одном из боковых стоков.
Если на входе в туннель все, кроме Милены, морщились, затыкали носы и демонстративно мычали, то ближе к концу уже просто старались не дышать. Проход начал расширяться, и конечном счете вывел их к отстойнику — небольшому помещению с мутным бассейном посередине, где шум стекавшей в него воды и вонь нечистот становились одинаково невыносимыми.
— А вот и оно. — Милена ткнула концов глефы в железную дверь на другом конце отстойника. — Скорее всего, там вход в подвалы.
Она повернулась к Соловью и пришпилила его к месту пристальным взглядом, — её глаза ярко отсвечивали в полутьме, — свет фонарей в них превращался в злой оранжевый огонь, — Как хочешь, но эту дверь ты должен вынести.