— Мне откуда знать?! Я мордой пол пропахал, а потом рванул оттуда!..
— А ну заткнулись все! — прорычала Милена и, оттеснив Клару и Дерека, наклонилась к Соловью и крепко схватила его за плечи.
— Сосредоточься и отвечай на мои вопросы коротко и ясно. Что произошло перед тем, как ты спрятался? Было что-то странное? Что он тебе сказал?
— Н-ничего… ничего, просто запереться и не выходить, что бы ни случилось. Что он убьет меня, и что если меня поймают, нужно сдаться…
— Стоп! Когда ты закрыл дверь, что слышал? Что за странные звуки?
— Не знаю! — в истерике взвился Соловей. — Я не знаю что это было, там стоял чертов грохот, пока солдаты в дверь долбились! Потом они прорвались, начали орать и стрелять, и там еще будто кто-то рычаАЛ!
Милена резко встряхнула его, заставив умолкнуть.
— Угомонись! А когда вышел, что увидел? Его одежда там просто лежала?
— Ну да, — пролепетал хисагал. — Вот прямо так и лежала — сложенная.
— А трупы? Только солдаты?
Соловей задумался всего на пару секунд, но Милене хватило и этого, чтобы, мгновенно придя в бешенство, приподнять его за грудки над землей и нетерпеливо встряхнуть еще раз:
— Отвечай на вопрос!
— ДА! Да, только солдаты лежали!
— Как они умерли? Какие раны на них были?
— Я не помню!
— Маркус трогал артефакт?
— Что? — озадаченно заморгал Соловей.
— Он брал сферу в руки или нет?!
— Нет! — почти прошептал хисагал. — Мы не могли её взять, вообще никак не могли, она нам руки сжигала.
Он испуганно охнул и чуть не шлепнулся на землю — Милена вдруг разжала руки, мгновенно потеряв к нему интерес.
— Вот сукин сын, так и знала, что что-то с ним не так! — раздраженно прорычала она.
— В каком смысле, что с ним не так?! — взгляд Клары затравленно метался от Милены к Соловью и обратно. Милена ответила ей задумчивым молчанием, почти разъяренно хлеща по земле хвостом. Потом, подняв глаза на лекаршу и сказала:
— Дуй в лагерь. Соберете монатки и пойдете в сторону Нор-Алинера, как
договаривались. Я вернусь в форт за Маркусом, а потом догоню вас.
— Тогда я с тобой! — возразила Клара. — А если он будет ранен? Я могу помочь!
— Будешь делать то, что Я сказала! — рявкнула Милена, раздраженно тряхнув волосами. — Хочешь помочь — уведи этих двоих подальше отсюда. Если Маркус выберется из форта, то справится и без тебя.
— Как ты можешь быть так уверена?
— Ты попусту тратишь и своё, и его время!
Клара вздрогнула и отвела глаза, уступая.
— Ладно. Хорошо.
— Наконец-то, — фыркнула камана. — Учти: за артефакт головой отвечаешь.
Уже развернувшись, чтобы уходить, она вдруг передумала, подошла к Соловью и низко сгорбилась, положив тяжелую лапу ему на плечо. Тот оцепенел: мечущийся взгляд огромных фиалковых глаз остановился, прикованный пристальным взглядом двух желтых фонарей.
— Слушай меня внимательно, — очень четко произнесла она, понизив голос. — Пока его нет рядом, ты не сможешь творить искажения. Не полагайся на них ни на минуту. До нашего возвращения — только пистолет. Ты меня понял?
В испуганных глазах Соловья отразилось смятение. Он не смог выдавить из себя не слова и только поспешно кивнул, уже съеживаясь в ожидании, что Милена разозлится и снова начнет трясти его. Но, к его удивлению, каману такой ответ устроил. Она тут же отпустила его плечо и резко выпрямилась, поудобнее перехватывая глефу.
— Идите.
И, не давая никому возможности возразить, огромными прыжками помчалась вперед, ко входу в подземелья Башен.
Родственные души
Милена нырнула в уже знакомый темный лаз канализации и почти по-звериному, опираясь на длинные звериные полулапы, стремительно двигалась вперед. Запах сточных вод её не беспокоил. Он больше не вызывал отвращения, как и лившиеся по широким трубам вместе с водой нечистоты. Каману раздражало лишь чувство, к которому она давно привыкла, но которое никогда не переставало смутно зудеть в каждой мышце давно умершего тела — желание вернуть его в форму, в которой оно когда-то появилось на свет.
Она быстро добралась до бассейна, пронеслась через сырые казематы и вышла в подвал. К выходу из канализации приставили охрану, но они ждали, что кто-то попытается сбежать через него, а не наоборот. Двое солдат вылетели на середину коридора вместе с выбитой дверью и так и остались лежать под ней, оглушенные. Ещё один с перепугу выстрелил, даже не целясь, другой просто замешкался и тут же оказался на полу с пробитой головой. В ту же секунду прогремел еще один выстрел, и Милена увидела, как под подбородком пронеслась пуля, насквозь прошившая её тело со спины. Мгновенно развернувшись, она в два прыжка добралась до оставшегося солдата, который в ужасе смотрел на неё и пятился, прижимая к груди разряженную винтовку. Камана сбила его с ног и прижала к полу.