Я должен был извлечь урок из своего собственного дерьма и хаоса, который вот-вот начнется в окружающем меня мире. Должен был окопаться в своей империи Морелли и позволить Илэйн сучке Константин, превратиться в ничто на Кингтон Пик, поблагодарив «Братьев власти» за то, что они прикрыли мое безумное похищение.
И снова, я этого не сделал.
К черту эту соблазнительницу и ее мерзкие манеры, но я этого не сделал.
Я едва дал Альто время покинуть комплекс, как сразу же спустился на парковку и сел в свой «Мерс». Только на этот раз Теренса Кингсли не было видно. На этот раз Люциан Морелли выглядел как Люциан гребаный Морелли.
Илэйн Константин собиралась получить меня в лучшем виде.
Прости, маленькая сучка.
Глава 7
Илэйн
Темнота окутала меня со всех сторон. Свет не горел. В комнате была кровать, но я не хотела ею пользоваться. Прижавшись к стене напротив двери, обхватила колени руками и крепко прижала их к себе.
Так много ночей мне было страшно в темноте, когда я смотрела на запертую дверь. Ожидая. Ожидая людей. Мужчин.
Теперь я ждала одного мужчину. Одного бога.
Мне хотелось пить и было холодно. Одиноко.
Я снова была сломленной маленькой Илэйн, от которой убегала долгие годы. Только теперь у меня не было ни кокаина, ни выпивки, которые помогали сбежать от нее. Блядь, мне было это нужно. Нужно было сбежать.
Кингтон Пик был маленьким захолустьем. Никому и в голову не пришло бы искать меня здесь и через тысячу лет. Теперь я действительно была во власти Люциана Морелли. Он мог оставить меня здесь чахнуть и умирать, и никто бы никогда об этом не узнал. Как бы сильно я ни хотела умереть, одной мысли о такой смерти было достаточно, чтобы на глазах навернулись слезы. Пожалуйста, Боже, не дай Люциану Морелли стать таким злым. Даже Люциан Морелли не может быть настолько злым.
Вот только он мог. Я знала, что он мог быть таким. Люциан Морелли мог быть самым злобным монстром, которого я когда-либо знала.
Услышав, как машина едет по подъездной дорожке и заезжает в гараж, я чуть не заплакала от облегчения. Побежала к окну, но ничего не увидела, только кромешную тьму снаружи. Ничего, пока на крыльце не зажегся свет и не высветил фигуру, направлявшуюся к входной двери.
Я отступила назад и прижалась к стене, приготовившись. Внизу хлопнула входная дверь. И я услышала шаги. Услышала движение.
Это был он. Я знала, что это он.
Не знаю, чего я испытывала больше — страха или облегчения — ожидая его появления. Но этого не произошло. Ничего не произошло.
Внизу послышалось еще какое-то движение, но по-прежнему ничего. На лестнице по-прежнему не было слышно шагов.
Мне казалось, что я ждала целую вечность, стоя там с сильно колотящимся сердцем. Когда его шаги, наконец, раздались на лестнице, я была почти благодарна, что он идет. Все, что угодно было бы лучше, чем угасать в одиночестве.
В замке повернулся тяжелый ключ. Дверь медленно и уверенно распахнулась, и на пороге появился он. Его огромная фигура была освещена светом, падавшим снизу, только на этот раз он не был похож на Теренса Кингсли, какого-то ничтожного журналиста из Великобритании. На этот раз это был Люциан Морелли, при полном параде.
Он не заговорил со мной, просто стоял, прислонившись к косяку, еще более зловещий в своей непринужденности.
Я не заговорила с ним, потому что у меня пересохло в горле, да и не знала, что, черт возьми, сказать.
— Уже поздно, — сказал он мне. — У меня нет времени на непослушание. Если потребуется, наказание будет жестоким.
Я кивнула, и он вышел обратно на лестницу, направляясь вниз.
Ноги подкашивались, когда я последовала за ним. Я действительно чувствовала себя маленькой кроткой служанкой, какой он и ожидал меня увидеть.
Люциан был на кухне, когда я присоединилась к нему. И заморгала от яркого света, когда увидела мужчину, стоявшего передо мной. Да, это был Люциан Морелли во всей красе. Он был настолько красив, что у меня перехватило дыхание.
Я не хотела просить его ни о чем, на всякий случай, чтобы не спровоцировать отказ. Поэтому заставила себя стоять на месте, ожидая и надеясь.
Как оказалось, в этом монстре была капля доброты.
Он протянул мне минеральную воду, и я выпила ее залпом.
— Спасибо, — проговорила я, больше беспокоясь о том, что мне нужно самое необходимое, чем о том, что стою почти голая на какой-то захолустной кухне перед человеком, который хочет меня убить.
Я понятия не имела, который час, но знала, что уже поздно. Монстр и в самом деле выглядел уставшим, с тенью изнуренности в глазах. Я никогда не думала, что увижу человека, стоящего передо мной, усталым. Он всегда выглядел таким бессмертным.