— Второй раз за неделю! — воскликнула она потрясенно. — Начнутся пересуды. Станут говорить, что ты превращаешься в трутня.
Она задумчиво посмотрела на подругу: практичная, статная, стильная леди совсем не того типа, что обычно привлекает вампиров. Однако каждому известно, что лорд Акелдама не обычный вампир.
— Ты ведь не собираешься действительно стать трутнем, правда? Это очень серьезное решение.
Уже не в первый раз Алексия пожалела, что не может рассказать Айви о своей истинной природе. Дело тут было не в том, что она не доверяла самой мисс Хисселпенни, дело было в язычке упомянутой мисс, который мог взять да и подвести свою хозяйку в самый неподходящий момент. Поэтому в ответ она сказала только:
— Ты даже не подозреваешь, до какой степени это невозможно, ласточка моя. Не тревожься, со мной все будет замечательно.
Не похоже было, что ей удалось убедить мисс Хисселпенни. Та, быстро сжав руку Алексии, поспешила прочь, чуть заметно качая головой. Длинное завитое страусово перо моталось при этом туда-сюда, как хвост рассерженной кошки, выдавая хозяйкино неодобрение. Одна лишь Айви, подумала мисс Таработти, способна всем своим видом демонстрировать порицание таким жизнерадостным и легкомысленным манером. Затем, внутренне подготовившись к благословенному вечеру в семейном кругу, она вернулась в общество своих нежных и отзывчивых единоутробных сестер.
Вскоре после полуночи мисс Таработти была разбужена весьма странными громкими звуками. Казалось, они раздавались прямо за окном ее спальни. Тихонько выбравшись из постели, Алексия набросила поверх ночной рубашки белую муслиновую накидку и пошла посмотреть, в чем дело.
Окно ее комнаты, принадлежавшей к числу наименее престижных в этом доме, выходило на узкий переулок и черный ход, через который прислуга и доставлявшие покупки магазинные приказчики попадали в кухню. До полнолуния оставались всего сутки, и серебристые лучи ночного светила заливали фигуры дерущихся мужчин. Алексию заворожило это зрелище. Их силы, казалось, были равны. Сражение шло почти в полной тишине, и потому от всего происходящего веяло угрозой. Источником грохота, который разбудил девушку, стал, по всей видимости, опрокинутый мусорный бак, а в остальном не было слышно ничего, кроме звуков ударов да нескольких приглушенных утробных вскриков.
Алексия увидела, как один драчун сильно ударил в лицо кого-то из противников. Казалось, такой тумак свалит с ног любого, но тот, кто его получил, крутнулся и мощно ударил в ответ. Его кулак влажно хряснул, впечатываясь в плоть. Получить такой тычок и остаться в строю могли только сверхъестественные. Мисс Таработти вспомнила слова профессора Лайалла о том, что ночью ее будут охранять вампиры. Возможно, она стала свидетельницей драки между двумя группировками этих созданий? Мысль об этом ее взбудоражила, хотя ситуация была опасной. Редко кому удавалось увидеть нечто подобное, вампиры ведь не оборотни, которые часто сцепляются между собой, они предпочитают более тонкие методы решения конфликтов.
Чтобы лучше видеть, Алексия высунулась из окна. Один участник потасовки вырвался из общей свалки и, подняв на нее взгляд, двинулся вперед. Его пустые глаза встретились с глазами наблюдательницы, и та поняла, что это не вампир.
Очарование происходящей внизу битвы рассеялось, и мисс Таработти едва подавила крик ужаса. Она уже видела недавно это восковое лицо — во время неудавшегося похищения. В свете луны его кожа отливала тусклым оловянным блеском и была такой гладкой и безжизненной, что Алексию передернуло от омерзения. На лбу у существа по-прежнему виднелись будто написанные сажей буквы VIXI. Глядя на девушку, ночная рубашка которой белела на фоне темного окна, пришелец ухмылялся, и его ухмылка была той же, что и в прошлый раз: лицо словно рассекала трещина вроде тех, что образуются на брошенных в кипяток помидорах, полная белых зубов идеальной кубической формы. Незнакомец устремился к Алексии, и хотя та знала, что их разделяют три этажа ровной кирпичной кладки, ей все равно было ясно, что она в опасности.
От толпы дерущихся отделилась еще одна фигура и устремилась за существом с восковым лицом. Алексия сомневалась, что его удастся догнать вовремя. Неприятный тип совершал экономные быстрые движения, свойственные скорее скользящей водяной змее, чем бегущему человеку. А его преследователь определенно был вампиром, и пока мисс Таработти смотрела в окно, она поняла, что никогда прежде не видела бегущего изо всех сил кровососа. Тот был воплощением какой-то текучей грации, и его ботфорты глухо стучали, касаясь булыжной мостовой.