– Мне все равно! – Роза вытащила игрушку из ящика и, прежде чем кто-нибудь смог ее остановить, прижала ее к себе.
– Так нельзя.
– Еще как можно, – Роза высунула язык и демонстративно облизала им лицо обезьянки. – Его бактерии – мои бактерии. Ты и меня будешь на кого-то менять?
– Оставь ей обезьяну, – вмешалась Рейна.
– Хотя бы продезинфицируем ее тогда, – вздохнула Амигдала, подзывая дрона, который распылил облако спирта над Розой и игрушкой. – Ты сможешь прополоскать рот? На всякий случай.
Мгновением позже они вышли в другое помещение вместе с чистой обезьяной.
– Мы приземлимся там, – объяснила Амигдала, указывая в окно.
– Приземлимся? – повторила за ней Роза, прижимаясь носом к стеклу. – Ого! Рейна, мы летим!
Только сейчас Рейна поняла, что они находились в планере. Это был самый большой планер из всех, в которых она когда-либо летала. Это был многоэтажный воздушный корабль, пробирающийся через облака. Рейна замерла на месте, потому что под ними находилась не Белая Жемчужина. Она была абсолютно уверена в этом. В округе, растянувшемся под ними, не было куполообразных белых зданий. Все было черным и массивным. Это был Черный Панцирь. Округ часовых был словно черным пятном на карте страны Хоуп. Здесь были огромные укрепления, выросшие из земли черными пирамидами. Местность была окружена защитными стенами, в которые были встроены многочисленные боты, моментально регистрировавшие каждого, кто прибывает в округ. При необходимости эти дроны могли расстрелять посторонних.
Они приземлились в какой-то дыре. Не на крыше здания, как предполагалось, а в наземном ангаре. Там были посадочные платформы, между которыми шныряли дроны, залетавшие в кратер.
Когда они вышли из планера, их встретил порыв ветра и гул машин: этот звук был громче из-за круглой формы ангара. Их уже ждали. Группа часовых повела их вперед.
– Привет, я Роза. Очень приятно познакомиться, – сказала девочка, следуя за солдатами по коридору. Пол под их ногами и стены вокруг выглядели как отполированные черные камни. На потолке помещение освещали небольшие лампочки, но никаких украшений не было. Все выглядело одинаковым, как и форма часовых.
– Что с моим братом? Он тоже тут?
– Его сразу направили в медицинский отдел, – объяснила Амигдала. – Я лично о нем позабочусь.
– А когда мы сможем его навестить? – Роза прижала к себе короля Луи.
– Сейчас, к сожалению, нельзя. – Амигдала выглядела очень уставшей и истощенной. То, что она пережила в заключении у Шипов, не прошло бесследно.
– Мы должны быть аккуратны, потому что не знаем, что с ним произошло. Он представляет для нас потенциальную опасность.
– Мой брат не может быть опасным. Он не причинит никому вреда. Это точно, – сказала Роза. – Не бойтесь паука. Он дружелюбный.
– Это полезная информация, – Амигдала пыталась не улыбаться.
Рейна чувствовала, что Благословенная что-то от них скрывает, возможно, чтобы они не беспокоились.
Они свернули в коридор, который выглядел точно так же, как и первый. По обе стороны от них находились простые, ничем не украшенные двери. Они были закрыты, и почти не отличались друг от друга: единственным их различием были цифры, которые на них стояли. Рейна подозревала, что там жили часовые.
– Отдохните немного. Как только я узнаю что-то новое, я вам сообщу, – сказала Амигдала.
– Что-то новое? Мы же вообще ничего не знаем, – крикнула Роза, и на ее глазах блеснули слезы. Несмотря на то что девочка сразу же их смахнула, Рейна понимала, почему она так переживает.
– Что с Ларком? Почему он должен быть опасным?
– Отдохните, – невозмутимо повторила Амигдала.
– Ну, супер. Я останусь с Райаной, – сообщила Роза, направившись в ее комнату.
– Там только одна кровать, – возразила Амигдала.
– Мне все равно. Мы поспим в одной кровати.
– Это ужасно негигиенично, – Амигдала подняла брови.
– Тогда Райана будет спать на полу, – Роза скрестила руки на груди. – Мне нельзя там спать, потому что у меня будет воспаление легких. Ну, или просто найдите нам комнату, в которой две кровати.
Они получили комнату с двумя кроватями.
Через пару часов дверь открылась, и в нее вошел Найф. В своей левой руке он держал шлем, а в правой была маленькая коробочка.
– Ты жив, – сказала Рейна, и ее пальцы потянулись ко лбу, чтобы поприветствовать солдата. – Я рада, что у тебя все хорошо.
– Так просто ты от меня не избавишься, – он подмигнул ей и передал в руки коробку, в которой вдруг кто-то зарычал. Рейна сняла крышку, и Кассиопей выпрыгнул наружу. Мех на его обычно пушистом хвосте был частично сожжен, а часть его правого уха отсутствовала.