На ее лице отразилась боль, одна из немногих эмоций, кроме гнева, которая не растворилась под воздействием чая с сиропом.
– Он очень долго вынашивал свой план героического спасения страны, чтобы самому стать правителем. Но, к сожалению для него, королева все еще жива.
Рейна с ужасом вспоминала о том дне, когда все произошло. Ей пришлось признать, что она и сама думала об этом.
Она предупреждала Тиберия. Но, возможно, он специально выжидал некоторое время, чтобы ее спасти… Тогда он, судя по всему, уже дважды ставил ее жизнь на карту.
Аурелия, казалось, была абсолютно уверена в том, что говорила.
– Я знаю его уже очень давно, Райана. Я знаю, о чем он думает. И поэтому я не хочу допустить того, чтобы он стал новым правителем. Мой сын Морфей должен пойти по стопам отца и править страной Хоуп.
– Почему ты рассказываешь все это мне?
Правителя выбирает народ.
– Ты должна нам помочь.
– Как?
– Нам нужно остановить твоего отца. – Она повернулась и схватила Рейну за руку так сильно, что ей стало больно. Ее длинные красные ногти впились в кожу дочери. – Я знаю его. Все его мысли лишь о престоле.
– Ты хочешь, чтобы я шпионила за ним? Для тебя? – Рейна потеряла дар речи.
– Он рассказывает тебе многое, не так ли? Он тебе доверяет. – Аурелия широко раскрыла глаза, и выглядела при этом слегка безумной.
– Я не буду этого делать. – Рейна вырвала свою руку из рук матери.
– Твой отец пожертвовал бы тобой, чтобы уничтожить Шипов. Он и глазом бы не моргнул, – прошипела Аурелия.
Внезапно картина перестала выглядеть идиллически.
Рейна просто хотела убежать прочь отсюда. В Серый округ. Туда, где с неба сыпался пепел и где можно было спрятаться в смоге улиц.
– Он о тебе не заботится. Он думает только о себе.
Мать, которая ее ненавидела, и отец, который ставил свои планы выше жизни собственной дочери. Как же Рейне повезло!
– Я не ваша кукла. Найдите кого-нибудь другого для этой грязной работенки.
– Ты уже давно стала частью этой большой игры, как и все мы. Мы все – куклы в игре великого Протектора. Твой отец использует тебя, и ты прекрасно об этом знаешь, потому что действительно унаследовала его блестящий ум.
– Я не буду за ним шпионить.
«Точно не для тебя».
– Ну, тебя, может быть, заинтересует, что он планирует сделать с твоим другом, – прошептала Аурелия.
– Что ты имеешь в виду?
– Он тебе не рассказал? – Аурелия вытащила переносной ТехДек из кармана. – На мальчика из Серого округа и его сестру напали. Твой отец сейчас едет в МедЦентр. Но зачем бы он стал это делать? Какой у него интерес? Зачем они ему?
– С ними что-то случилось?! – У Рейны во рту мгновенно пересохло. – Они пострадали?
– Сама выясняй, – с этими словами Аурелия опустилась на скамейку и посмотрела на Рейну. – Слава Протектору.
15
Ларк сидел в медцентре перед дверью, за которой находилась Роза. Ее обследовали МедБоты. На пути в больницу у сестры случился еще один приступ, и она больше не приходила в сознание.
– Она всего лишь Тройка, – сказал врач, когда увидел девочку на носилках.
Судя по всему, этот человек никогда раньше не лечил человека с таким низким генетическим статусом. Голова Ларка была пустой, а его тело дрожало. Было ли это от страха, от злости или усталости, он не знал.
Он уставился на свои бесполезные ноги, которые были не в состоянии даже просто ходить, и проклинал себя. Как он мог быть таким эгоистом, радуясь остатку жизни на МедСтуле? Часть его была так рада, что Шипы и часовые наконец оставят его в покое. Часть его выдохнула и успокоилась, но чувство безопасности было всего лишь иллюзией. Он не найдет мира ни в мечтах, ни в жизни. Он был виноват во всем. Если бы он принял предложение Тиберия, он бы смог защитить Розу. Если он, конечно…
Ларк отбросил прочь плохие мысли и сконцентрировал всю свою злость на подростках. Они за это заплатят. Они заплатят за это, если Роза…
Кто-то кашлянул, и Ларк испугался.
Перед ним стояла женщина, Единица, в белом.
– Ты Ларк? – спросила она, рассматривая его лицо.
– Так точно. – Он выпрямился на своем МедСтуле.
– Ты привел сюда… Тройку, – она посмотрела в свой ТехДек.
– Это моя сестра. Да.
Он был слишком взволнован, чтобы злиться на ее уничижительный тон.
– Как она?
– Нам пришлось успокоить ее, чтобы прервать приступ, – Единица барабанила по ТехДеку золотыми ногтями. – Смотри, мальчик, я не хочу, чтобы ты подумал о нас плохо, но… Как ты собираешься платить за лечение?